Наконец, в районе сердца появился небольшой огонек. Пламя было настолько тонким, что Андрей застыл на месте, чтобы его не задуть. С этого момента все его внимание было приковано к внутреннему огню. И чем дольше он наблюдал за пламенем, тем сильнее оно разгоралось, словно внимание было его горючим материалом.
Когда пламя, вспыхнув, полностью охватило его «я», Андрей вскочил на ноги и бросился в костер.
После этого он проснулся в своей постели в 7 часов утра, ничего не помня из того, что было после этого.
Второе межпиксельное погружение проходило в учебном классе.
– Сегодня вы должны сами найти дорогу к Перекрестку миров, – сообщил инструктор. – Для этого сядьте удобно, расслабьте тело, закройте глаза и сосредоточьтесь на своем внутреннем огне. Когда это получится, попросите его перенести вас к вчерашнему костру.
Когда Андрей сосредоточил внимание в районе сердца, огонь появился и начал скакать в груди, как обрадовавшийся появлению хозяина пес. Поиграв немного с пламенем, Андрей мысленно попросил огонь перенести его на поляну к костру, и буквально через секунду оказался на месте.
С этим упражнением справились только десять человек.
– Теперь позвольте мне переместить вас в другое место, – сказал инструктор. – Сосредоточьтесь на вашем огне.
– Может, подождем еще остальных? – предложил кто-то из курсантов.
– Бесполезно, – ответил инструктор. – Они оказались недостаточно способными.
– И что с ними будет?
– Сосредоточьтесь лучше на том, чтобы у вас все было хорошо, – оборвал его инструктор. – Приступаем к выполнению задания. Закрывайте глаза…
Когда глаза открылись, Андрей обнаружил себя в богато обставленной гостиной. Он с инструктором и еще с семью курсантами сидели на толстом ковре у камина, в котором горел огонь.
– Поздравляю с успешной сдачей экзамена на пригодность к обучению, – сказал инструктор присутствующим. С сегодняшнего дня и до окончания обучения этот дом станет вашим домом. Ваши комнаты на втором этаже. Сейчас их для вас готовят, а мы продолжим занятие.
Вы, наверно, уже решили, что межпиксельное пространство – это место, где существуют параллельные миры, о которых я вам говорил, но это далеко не так. Во-первых, миры совсем не параллельные, а иерархичные, в чем вы вскоре сможете убедиться на личном опыте; а во-вторых, межпиксельное пространство – это совсем не пространство, а многофункциональное высокоэффективное состояние сознания, позволяющее, в частности, перемещаться по уровням реальности. Прикладных функций у межпиксельного пространства бесконечное множество, и большинство из них вам предстоит открыть для себя самостоятельно. Сейчас я предлагаю вам освоить базовое состояние, регулярное погружение в которое невозможно переоценить. Межпиксельное пространство благотворно влияет на психику, восстанавливает и исцеляет тело, позволяет отдохнуть и набраться сил в кратчайший срок, а главное, запускает процесс эволюции вашего сознания. В этом плане базовое состояние – одна из наиболее эффективных практик по расширению и трансформации сознания. Ну да лучше один раз испытать, чем сто раз слушать мою болтовню.
Лягте удобно, закройте глаза, расслабьте тело и настройтесь на ваш огонь. Только в этот раз просто отдайтесь ему: пусть он делает все, что захочет.
Настроившись на огонь, Андрей мысленно произнес:
– Я твой.
В следующее мгновение внутреннее пламя охватило его тело. Сгорание в собственном огне приносило неописуемый кайф, а когда исчез последний атом плоти, Андрей превратился в свободное сознание, которое в следующее мгновение рассыпалось на миллиарды миллиардов квантов, заполнивших пространство всех миров. Андрей был самим Мультиверсумом, каждое движение каждой частицы в котором порождало неимоверное блаженство…
Его разбудил инструктор.
– Идите, вас ждут в вашей комнате. Это направо и вверх по лестнице на второй этаж. Комната номер 14.
В комнате его ждала та самая женщина, что беседовала с ними перед первым киносеансом. На этот раз она была в джинсах, серой ветровке и легких ботинках без каблуков.
– Привет, – сказала она. – С сегодняшнего дня и до окончания курса я буду твоим куратором. Сейчас одевайся, – она кивнула в сторону лежащих на кровати кремовых брюк, белой рубашки и кремовой ветровки. У кровати стояли легкие коричневые туфли. – Пора тебе познакомиться с Мелиополисом.
Одевшись, Андрей сел на кровать.
– Я готов, – сказал он, закрывая глаза и готовясь к перемещению.
– Готов, тогда пошли, – ответила куратор.
– Я думал, мы будем погружаться здесь, – растерялся Андрей.
– До города чуть больше 20 километров, так что, горе-дайвер, погружаться сегодня не будем. Поехали.
Когда они вышли из дома, Андрей пожалел, что им надо срочно ехать, настолько там было здорово. Дом был построен из белого кирпича и напоминал своей архитектурой петербуржский дворец. Был он трехэтажным, и все три этажа вплоть до черепичной крыши фасада были увиты цветущим большими красными цветами плющом. Во дворе были разбиты клумбы, а чуть дальше начинался парк с многовековыми на вид деревьями.
Пока Андрей любовался видом, куратор села в машину и завела двигатель.
– Давай быстрее, – поторопила она.
– Твое задание предельно просто, – рассказывала она по дороге. – Тебе надо просто погулять по городу, осмотреться, зайти куда-нибудь поесть. Короче говоря, сыграть роль одинокого туриста. Открой бардачок.
Там лежал конверт, в котором Андрей нашел несколько довольно-таки странного вида купюр и похожее на мобильный телефон устройство с одной единственной кнопкой на передней панели.
– Что это? – спросил Андрей, имея в виду купюры.
– Здешняя валюта. Пиастры.
– Пиастры? Мы что, в Испании? – удивился он.
– Мы в Мелиополисе. И здесь ходят только пиастры, причем далеко не те, что закапывали карибские пираты на необитаемых островах. Мелиополис – это матрица городов. Любой город одна из бесчисленного множества его проекций. По отношению к нашей, его реальность доминирующая, а это означает, что его язык, деньги и так далее для нас первичны. На практике это выглядит следующим образом: Если ты заговоришь с кем-то в нашем мире на языке Мелиополиса, его сознание трансформирует этот язык в родной. Если ты попытаешься расплатиться с ним пиастрами, они превратятся в наиболее привычную для него валюту. При этом обратная трансформация невозможна, и наши рубли или баксы так и останутся рублями и баксами, а твой русский ни под каким видом не трансформируется в здешний язык. Ты должен это помнить всегда, что бы ни дай бог себя не выдать.
– Подожди, но как я закажу еду, если я не знаю язык? – опомнился Андрей.
– Ты его знаешь. Он заложен в твое сознание. Дождись только, когда обратятся к тебе, и ты автоматически заговоришь, но только с акцентом, так как мышцы твоего лица не привыкли к здешней артикуляции. Поэтому с сегодняшнего дня тебе надо как минимум час в день читать вслух местные книги или газеты и смотреть телевизор, повторяя слова за диктором. Чем лучше будешь тренироваться, тем быстрее избавишься от акцента, и если сейчас он ничуть тебе не помешает, то, когда ты будешь на задании, он сможет тебя выдать. Знаешь, сколько шпионов пропало из-за, казалось бы, ерунды?!
– Читал где-то об этом.
– Тогда ты должен понимать, какой может быть цена мелочей.
– Как тебе эта улица? – спросила куратор, когда они подъехали к живописной, вымощенной тротуарной плиткой улице, по которой гуляли люди. Она напомнила Андрею Пушкинскую улицу Ростова.
– Она кажется такой обычной, – ответил Андрей, привыкший к тому, что в Городе всегда было что-то волшебное.
– Ну так, когда ты приходил в Город во сне, ты приходил в сон Города, а это его явь, – пояснила куратор.
– Куда? – не поверил своим ушам Андрей.
– В сон Города. Мелиополис наделен сознанием, и подобно другим сознаниям он может бодрствовать, а может видеть сны. И еще, не ведись на его обыденность. В любой момент Город может повернуться к тебе другой гранью, и тогда все вокруг вмиг станет неузнаваемым. Так что не спеши с выводами. Когда нагуляешься, нажми кнопку на мобильнике. После этого старайся оставаться на месте, и вскоре за тобой придут. Все понятно?
– Вполне.
– Тогда вперед. Действуй.
Андрей вышел из машины и медленно пошел, куда глядели глаза. Местами улица один в один была похожа на Пушкинскую, и Андрея так и подмывало свернуть в сторону Дона, дойти до Большой садовой, сесть в автобус и поехать домой. Пройдя несколько кварталов, он заметил милое открытое кафе. Едва он сел за стол, подошла официантка.
– Что желаете? – спросила она на певучем языке.
– Пирог с печенью, чизкейк и кофе.
Поев, он расплатился, оставив щедрые чаевые, и вышел. Побродив еще минут сорок по городским улицам, он отыскал свободную скамейку, сел и нажал на кнопку мобильника.
Через 15 минут к нему подошел мужчина.
– Ты четырнадцатый? – спросил он.
– Я, – ответил Андрей.
– Пойдем.
Потихоньку Андрей начал обживаться в Мелиополисе. Он много гулял по улицам, заходил в магазины и кафе. Сходил несколько раз в кино.
Он снял достаточно приличную квартиру в тихом районе, открыл счет в банке… Осталось завести друзей, и его вполне можно было бы считать жителем этого города, но друзей заводить было запрещено. Устав от прогулок, он шел домой, где по несколько часов в день до хрипоты тренировался в произношении. Перед сном он погружался в межпиксельное пространство, которое с каждым разом очаровывало его все сильней. С другими курсантами он больше ни разу не встречался.
Утром 28 ноября его разбудил звонок в дверь.
Открыв, он увидел куратора.
– Твое обучение подошло к концу. Тебе присвоено звание санитарного инспектора. С сегодняшнего дня приступаешь к работе, – сообщила она.
– Где?
– В ростовском отделении ГСИ. Но сначала тебе надо вернуться в учебный центр. Знаешь, как это сделать?
– Нет, – признался Андрей.
– Закрой глаза, войди в межпиксельное пространство, затем позволь твоему вниманию зацепиться за что-то в своем там доме и когда оно зацепится, прикажи ему тебя туда перетащить. Понятно?
– Вроде бы.
– Тогда переодевайся в форму и действуй.
Закрыв глаза, Андрей представил себе будивший его по утрам динамик над кроватью, и когда тот отчетливо появился перед глазами, Андрей ощутил, как хватается за него чем-то похожим на воображаемые щупальца, выходящими из района пупка. Решив, что это и есть внимание, Андрей приказал ему перенести себя туда и в следующий миг оказался на кровати в своем домике.
– Курсант 14, немедленно явитесь в учебный класс, – отреагировал на его появление динамик.
– Уже иду, – ответил Андрей и вышел из дома. На улице было слишком холодно для Х.Б., к тому же шел моросящий дождь, и Андрей побежал в учебный класс бегом. Там его ждал мужчина, который читал им вводную лекцию на первом занятии. Он сидел за учительским столом. С другой стороны стола стоял пустой стул, куда он пригласил сесть Андрея.
– Курсант 14, поздравляю вас с успешным окончанием обучения и присвоением вам звания санитарный инспектор. Сейчас вам надлежит явиться на склад, сдать форму и прибыть по указанному на визитке адресу, – он протянул Андрею визитную карточку. – Там назоветесь ожидающему вас человеку. Дальнейшие распоряжения будете получать от него. Это ясно?
– Вполне.
– Тогда выполняйте.
– Это все? – вырвалось у Андрея.
– А чего вы еще хотите?
– Ну не знаю… удостоверение, например.
– Удостоверение – это потенциально компрометирующий артефакт, поэтому у нас нет удостоверений. Только разовые пропуски и только в случае необходимости. Вам понятно?
– Понятно.
– Тогда вперед.
Путь на волю проходил по тем же кабинетам, что и в учебный лагерь, но только в обратном порядке. Сначала Андрею пришлось раздеваться перед барышней на складе, затем идти через пустой медицинский кабинет в душевую, принимать душ, затем в раздевалку, где на том же самом месте сидел тот же самый охранник.
Открыв шкафчик, Андрей обомлел, найдя там комплект чистого белья, старые джинсы, туфли, драповое пальто и зонт.
– Это самое подходящее, что мы у тебя нашли, – пояснил охранник.
– Вы были у меня дома?
– Ну да, платили по счетам, присматривали за квартирой, да и одежду тебе надо было привезти. Не идти же тебе на улицу почти в летнем. Не волнуйся, мы не шалили, так что дома у тебя порядок.
– Ладно, – ответил Андрей, оделся и вышел, пройдя мимо вахтерши.
У ворот, как и было обещано, ждало такси. Сев в машину, Андрей назвал адрес.
Андрей еще ни разу не сканировал пространство. Необходимые навыки предположительно ждали своего часа в глубинах его подсознания, и их надо было извлечь при помощи техники «вопос-ответ». Для этого, войдя в транс, необходимо четко сформулировать вопрос и мысленно «проглотить» его, отправив как можно глубже в подсознание. Затем нужно отвлечься от вопроса и заняться чем-нибудь другим. Позже, когда информация будет обработана подсознанием, ответ вынырнет в сознание. По мере практики на обработку вопроса будет уходить все меньше и меньше времени, и вскоре между вопросом и ответом практически не будет паузы.
Погрузившись на нужную глубину, Андрей мысленно произнес: «Как сканировать комнату?» – и для большего эффекта сопроводил «проглатывание» вопроса глотательным движением.
Теперь оставалось ждать. Ответ мог прийти в любой форме: в виде картинки, образа, озарения или произнесенных тихим голосом слов. Почувствовав сонливость, Андрей обрадовался, так как лучше всего информация обрабатывается во сне. Вынырнув из межпиксельного пространства, он постелил постель, разделся, лег и практически сразу же уснул.
Ему приснился осенний (конец сентября – начало октября) парк. Трава и листья еще оставались зелеными. В ветровке на футболку было даже жарковато. Кроме ветровки на Андрее были старые джинсы и мокасины. Андрей сидел на когда-то окрашенной белой краской скамейке у облупившейся эстрады-ракушки, на сцене которой выступал смешной мужичок в дешевом коричневом костюме. Если бы у мужика за спиной был пропеллер, Андрей наверняка решил бы, что перед ним Карлсон собственной персоной. Но у мужичка за спиной не было ничего, кроме прожитых примерно 60 лет. Андрей был единственным зрителем, и смешной мужичок старался ради него одного.
Мужичок декламировал:
Кто корчит рожи по утрам,
Тот поступает мудро.
Тарам-парам, парам-тарам,
На то оно и утро.
– Ты корчишь по утрам рожи? – спросил он.
– Да нет, не думал даже об этом, – немного растерялся Андрей.
– А зря. Чертовски полезное занятие. Во-первых, поднимает настроение. Во-вторых, позволяет держать лицевые мышцы в тонусе и питает кожу лица, улучшая кровообращение, что позволяет дольше сохранять молодость. Но самое главное, это весьма нехитрое в исполнении упражнение позволяет вырваться из эмоционально-мимического лабиринта. Понимаешь, о чем я?
– Не совсем.
– Как ты наверняка знаешь, не только эмоции вызывают соответствующую им маску, но и маска вызывает характерные для нее эмоции. И если в детстве мы имеем в своем арсенале весь эмоциональный спектр, который можно уподобить дикой лужайке – куда хочешь, туда и идешь; то со временем в силу заложенной в нас природой лености мы начинаем ограничиваться наиболее часто используемыми эмоциями-масками. В результате на нашей лужайке появляются тропы, по которым мы в основном и ходим, лишь изредка выбираясь на траву. Постепенно тропинки обрастают стенами, и мы оказываемся пленниками лабиринта нашего набора масок. Но это еще не все: будучи фоновой, одна из масок становится для нас основной, и мы начинаем все реже менять ее на какую-нибудь другую. С годами она прорастает на нашем лице в виде сети морщин, и мы начинаем выглядеть теми, кто мы есть: глупцами, нытиками, злыднями, умниками, добряками, фактически низводя себя до положения раба своей маски. Но если регулярно по несколько минут в день корчить рожи, мы не дадим лицу закостенеть, и наша лужайка до самой смерти останется таковой, позволив нам сохранить максимально возможный эмоциональный спектр. Так что, дружище, с сегодняшнего дня делай, как я.
Сказав это, он принялся носиться по сцене, визжать, чесаться и корчить рожи, как вылитая обезьяна.
– Ну так что? – спросил он, внезапно остановившись.
– Что что? – не понял Андрей.
– Ты что, только проснулся?
– Скорее, только заснул.
Мужичок фальшиво рассмеялся.
– Что будешь заказывать? – спросил он. – Ты же здесь за этим.
– Расскажи, как сканировать комнату, – вспомнил Андрей свой вопрос.
– А может тебе песенку спеть или анекдот какой рассказать? Мы ж на эстрадном концерте все-таки.
– Давай песенку в другой раз.
– Хозяин-барин, – наигранно обиделся мужичок. – Ладно, – перешел он на деловой тон, – сканирование – это, проще говоря, поиск. Если бы ты был собакой, тебе бы надо было начать все обнюхивать. Примерно так, – сказав это, он встал на четвереньки и принялся бегать по сцене, тщательно ее обнюхивая. При этом он умудрялся настолько по-собачьи фыркать, чесаться и периодически лаять, что Андрею несколько раз показалось, что мужичок превращается в пса. Наконец, он характерно поднял ногу у микрофонной стойки, правда, на стойку ничего не полилось, затем встал на ноги и продолжил: – Но ты, увы, не собака, а санитарный инспектор. Фи, никакой романтики. В принципе, тебе надо делать то же самое, но с учетом физиологических особенностей организма. Поэтому вместо того, чтобы становиться на четвереньки, ляг удобно, настройся на того, чей след надо учуять, затем войди в межпиксельное пространство и, вобрав в себя комнату, прислушайся к ней. Ты учуешь массу следов. Нужный будет как-то выделяться из общей массы. Я не знаю, как, это у всех по-разному. Это понятно?
– Еще не знаю.
– Ну так узнавай. А пока с тебя стишок.
– Какой?
– Любой.
– Может, в другой раз?
– Нет, друг мой, в другой раз ты будешь слушать песенку. А теперь становись на лавку и читай громко и с выражением, а иначе ты навсегда останешься здесь и не сможешь выполнить задание.
– Одно любое стихотворение?
– Одно любое стихотворение. И не путай выражение с выражениями.
– Хорошо.
Встав на скамейку, Андрей прочитал стихотворение Маяковского так, как это сделали КВН-щики:
Ешь ананасы и рябчиков жуй.
День твой последний: приходит буржуй.
– Одно любое стихотворение, как ты и просил.
– Но ты и прощелыга!
– А как ты хотел, – ответил Андрей и проснулся в радостном возбуждении: «магия» работала!
Чтобы успокоиться перед сканированием, он заварил и выпил чашку чая. Затем вернулся в постель. Погрузившись в межпиксельное пространство, Андрей настроился на свое второе или энергетическое тело, и когда почувствовал знакомую легкую вибрацию в повторяющем контур его физического тела, но немного выходящем за его границы энергетическом теле, начал при помощи дыхания раздуваться до размеров комнаты, представляя, что с каждым вдохом закачивает в себя порцию энергии. Когда энергетическое тело заполнило квартиру, он сосредоточился на своих ощущениях.
Как и предсказывал смешной человек, Андрей уловил массу сигналов. Квартира повидала на своем веку квартирантов, и каждый из них оставил после себя множество следов. Следы кружились в сознании Андрея в виде картинок, звуков, запахов и ощущений. Наконец, он почувствовал запах мази «Фастум гель», и перед ним появилась последняя коматозница. Она была настолько прозрачной, что Андрей еле ее узнал.
– Кто это сделал? – спросил он.
– Дурацкая шляпа, – чуть слышно ответила она.
– Кто? – переспросил он.
– Человек в дурацкой шляпе, – повторила она и исчезла.
Вскочив с кровати, Андрей, даже не посмотрев на часы, набрал номер Благородного Дона.
– Что у тебя? – спросил он.
– Человек в дурацкой шляпе.
– Кто? – переспросил он сонным голосом.
– Человек в дурацкой шляпе. Больше она ничего не сообщила. Такое впечатление, что ее вытерли.
– Ты уверен? – насторожился Благородный Дон.
– У меня нет необходимого опыта, чтобы быть в чем-то уверенным, – признался Андрей, – но это первое, что пришло в голову.
– Ладно, ты молодчина. Отдыхай, а я пока загружу отдел информации. Пусть займутся твоей дурацкой шляпой.
Отчитавшись, Андрей вернулся в постель.
Утром чуть свет его разбудил звонок в дверь.
– Что-то случилось? – спросил он, удивившись, увидев Благородного Дона с кейсом в руке.
– Я могу войти? – спросил тот.
– Конечно, – ответил Андрей и посторонился, впуская гостя, – хотите кофе?
– Я бы выпил чаю, если можно.
– Конечно. Я сейчас.
– А тут не так плохо, как могло показаться, – сказал Благородный Дон, входя в квартиру.
Пока Андрей одевался, закипел чайник.
– У меня для тебя две новости. Одна хорошая, другая… еще не знаю, – сообщил Благородный Дон, когда они устроились за кухонным столом. – С какой начать?
– Давайте с любой.
– Тогда начну с хорошей: По твоему делу есть свидетель. Правда, он пациент психиатрической больницы, но выбирать не приходится. Часов в 12 позвони его лечащему врачу… Имя найдешь в досье. Скажешь, что от Михаила Ефимовича. К тому времени мы уже обо всем договоримся. Теперь вторая новость: наш отдел переводят в онлайн.
– Куда? – не понял Андрей.
– В сеть. Зачем нужен офис, если есть скоростная служебная сеть? Опять же отсутствие локализации теоретически должно затруднить наше устранение одним ударом.
– А что, предполагаются попытки нашего устранения? – пошутил Андрей.
– Будешь считать, что твое устранение предполагается всегда – дольше проживешь, – без всякого намека на юмор ответил Благородный Дон. – В связи с этим вместо рабочего стола тебе полагается рабочий ноутбук.
Благородный Дон достал из кейса и положил на стол заметно потертый, морально устаревший и самый, наверно, дешевый ноутбук.
– Ты не смотри на его вид, – поспешил он заверить Андрея, – на самом деле это ультрасовременная машина. Работает в двух режимах: в конспиративном это соответствующие виду допотопные дрова, набитые всякой херней, включая папку с порнухой, она там уже есть; В рабочем – суперсовременный монстр, подключенный ко всему, что нужно. Чтобы запустить рабочий режим необходима авторизация. Включай.
Когда компьютер загрузился, Благородный Дон продолжил:
– Теперь приложи ладонь к экрану монитора и произнеси слово «идентификация».
– Идентификация завершена, – сообщил компьютер женским голосом. – Добро пожаловать в систему, санитарный инспектор.
– Все, твоя ДНК в системе, – пояснил Благородный Дон. – Для активации программы теперь тебе достаточно произнести «инспекция», приложив ладонь к монитору, а для выхода – «дрова». В этом случае ноут будет переходить в обычный режим работы. Кстати, для работы тебе не обязательно его включать и ждать, пока загрузится дровяная версия: открыл крышку, приложил руку и работай. Понятно?
– Вполне.
– Тогда я пошел. Результат допроса свидетеля доложишь по телефону.
Закрыв за Благородным Доном дверь, Андрей вернулся на кухню и, приложив руку к экрану монитора, произнес «волшебное» слово. Тот мгновенно стал серым. В нижнем правом углу появился ярлык: «Информация по дурацкой шляпе». Андрей открыл файл. Это было досье на Мухина Вячеслава Сергеевича. К досье прилагалась «Краткая выписка».
Мухин был вдовцом. Его жена, Людмила Олеговна Мухина, погибла 23 декабря 2011 года в ДТП. Сам Мухин и дочь, Екатерина Вячеславовна Мухина, отделались легким испугом.
15 мая 2012 года Екатерина Вячеславовна внезапно без видимых причин впала в кому. Предположительно в то же время, а именно в 18—45, Вячеслав Сергеевич набросился с кулаками на улице на Николая Васильевича Голдберга, командировочного из Львова. Обвиняя его в том, что он дьявол, Вячеслав Сергеевич требовал от Годберга, чтобы тот вернул душу его дочери. Мухин был задержан нарядом полиции, причем оказал во время задержания яростное сопротивление. На допросе он утверждал, что Голдберг – ворующий души дьявол, и требовал его задержания на этом основании. В результате был доставлен в психиатрическую больницу, где и находится в настоящий момент на излечении. Лечащий врач Закордонский Евгений Викторович.
В последствии ни самого Голдберга, ни его следов найти не удалось, что делает его главным подозреваемым.
Дождавшись полудня, Андрей позвонил Закордонскому:
– Евгений Викторович? Здравствуйте. Я от Михаила Ефимовича, вам должны были позвонить.
– Да, я слушаю. Здравствуйте.
– Меня интересует ваш пациент Мухин Вячеслав Сергеевич.
– Есть такой.
– Я могу с ним побеседовать?
– В принципе, да.
– В какое время лучше к вам подъехать?
– Давайте часам к… 16. Вас устроит?
– Вполне. Главное, чтобы вам было удобно.
В 15—50 Андрей вышел из такси и вошел на территорию психиатрической больницы, похожую на небольшой, засаженный старыми деревьями сквер. Вдоль выложенных тротуарной плиткой аллей стояли скамейки. Погода была по-ростовски отвратительной: сильный пронизывающий ветер при почти 100% влажности и температуре воздуха чуть выше нуля. Плюс серое низкое небо, по которому ровным строем, словно солдаты на параде, шли тучи. Погода не располагала к прогулкам, и территория была безлюдной. Немного поблукав, Андрей нашел нужный корпус. Это было обшарпанное трехэтажное здание с решетками на окнах. Войдя, он наткнулся на санитарку.
– Вы куда это без бахил! – набросилась она на него.
– Простите, здесь… – попытался спросить Андрей, но она его не стала слушать.
– Без бахил не пущу! – грозно заявила она.
– Вы мне скажите, Закордонский здесь?
– Здесь.
– А где взять бахилы?
– Вообще-то их надо с собой приносить.
– Меня не предупредили.
– Ладно, вытирайте ноги и проходите, милостиво разрешила она.
– Куда?
– По коридору и налево. Он в ординаторской.
– Спасибо.
– Но больше без бахил не пущу.
Услышав «войдите» в ответ на стук, Андрей вошел в ординаторскую. За вторым слева столом сидел молодой парень, чуть старше 25 лет. Высокий и необыкновенно худой, он почему-то напомнил Андрею кузнечика. Больше в ординаторской не было никого.
– Евгений Викторович? – спросил Андрей.
– Да. Что вы хотите?
– Я звонил вам по поводу Мухина.
– Да, конечно, заходите.
– Я могу с ним поговорить?
– Да, конечно. Здесь вам будет удобно?
– Он не буйный?
– Да нет… Мы по крайней мере не замечали.
– Тогда вполне, если нам не будут мешать.
– Присаживайтесь на мое место. Я сейчас его приведу.
Возможно, еще благодаря больничной пижаме и стоптанным тапочкам, Мухин выглядел каким-то раздавленно-жалким. Среднего роста, худой, сутулый, с той тоской в глазах, которая бывает у зверей в зоопарке.
– Здравствуйте, Вячеслав Сергеевич. Я хотел бы задать вам с вашего позволения несколько вопросов, – сказал Андрей, когда они остались с Мухиным вдвоем.
– О чем? – равнодушно спросил Мухин.
– О человеке в дурацкой шляпе.
– У меня был нервный срыв. Сейчас я на пути к выздоровлению. Жалоб и претензий нет, – поспешил он сообщить.
– Извините, Вячеслав Сергеевич, но я вам не верю.
– Это уже ваши трудности.
– Кого вы боитесь? Меня? Врачей? Или назвавшегося Голдбергом человека?
– Да что вы о нем знаете! – воскликнул Мухин, и втянул голову в плечи, словно испугавшись своей чрезмерной эмоциональной реакции.
– В том то и дело, что ничего. Поэтому я и хочу с вами поговорить.
– На вашем месте я бы не стал привлекать к себе его внимание.
– Думаете, он опасен?
– Он намного опасней, чем вы можете вообразить.
– Почему?
– Потому, что он дьявол.
– Почему вы так решили?
– Потому что он обманом забрал душу моей дочери и живьем утащил ее в ад.
– Как он это сделал?
– Только не делайте вид, что вы мне верите, – разозлился вдруг Мухин.
– Ваша дочь не единственная жертва, и мне действительно интересно ваше мнение. А вот чему из сказанного вами мне верить, я решу позже. Так как он, по-вашему, это сделал?
– После аварии… несмотря на то, что суд признал виновным водителя врезавшегося в нас внедорожника, Катя обвинила меня в смерти матери. Я тогда немного выпил, поэтому машину вела Люба. По дороге мы ссорились, и она не отреагировала на выскочивший на нашу полосу внедорожник. И вот незадолго до того, как украсть ее душу, Кате приснился этот ваш Голдбер.
– Почему вы уверены, что это был он?
– А вы много знаете людей, которые носят шляпы с изображением оранжевых бегемотов на фоне из сине-зеленой клетки? Он буквально повадился в Катины сны. Наивная девочка, она слушала с раскрытым ртом его рассказы о том, как хорошо на том свете ее матери. А потом, как бы между прочим, он сказал, что может провести Катю туда живой. Для этого совсем не надо умирать. Тот же Данте, по его словам, действительно побывал при жизни в загробных мирах. Да и в Библии описаны случаи вознесения людей живьем на небо. Люди считают, что вознестись могут только святые, но это не обязательно. Достаточно просто попросить, и он с удовольствием возьмет на себя роль проводника. Катя, дурочка, согласилась. Они договорились о встрече, и перед тем, как уйти, она прислала мне СМС: «Я иду к маме». Я как раз шел к ней и был уже рядом с домом… но опоздал. А когда увидел этого типа в описанной Катей шляпе, я понял, что это он во всем виноват. Ну а дальше вы знаете…
Рассказывая, Мухин не замечал текущих по щекам слез.
– Вы можете его описать?
– Я запомнил только шляпу и его высокомерно-презрительный хохот.
– Спасибо, Вячеслав Сергеевич. Я сделаю все, что можно, чтобы помочь вашей дочери и другим пострадавшим от рук Голдберга людей, – совершенно искренне пообещал Андрей.
– Вы действительно так наивны? Неужели вы думаете, что в ваших силах справиться с тем, кого сам бог смог только сбросить с небес на землю?
– Ну, дьявол он или нет, это еще надо выяснить. В любом случае спасибо вам огромное за то, что ответили на вопросы.
– Надейтесь лучше на то, что он спасет вас раньше, чем вы окажетесь еще при жизни в аду.
– Кто спасет? – не понял Андрей.
– Бог. Спасибо, это же сокращенно от спаси бог.
– Ну да…
– А еще лучше… Вы все равно не сможете ничего сделать, так что оставьте это дело. Я не знаю, зачем вам этот дьявол, но оставьте его, иначе он заберет и вас.
– Ну это мы еще посмотрим.
Выйдя на улицу, Андрей набрал Благородного Дона.
– Ну и что ты об этом думаешь? – спросил он, выслушав отчет Андрея.
– Я думаю, что кто-то очень ловко обрабатывает людей. Не знаю, проникает он в их сны или заставляет так думать, но для погружения в кому ему нужен непосредственный контакт с будущей жертвой. Это его ахиллесова пята. Я предлагаю информационному отделу, если это возможно, взять под контроль социальные сети на тот случай, если кто-то поделится с «друзьями» информацией о контакте с Голдбергом. Возможно, в момент контакта со следующей жертвой мы сможем его взять.
– Почему ты уверен, что Голдберг – наш человек?
– Потому что, во-первых, он бесследно исчез после стычки с Мухиным; а во-вторых, с ментами, которые задержали Мухина, тоже далеко не все в порядке: Один погиб в ДТП, другой уехал на край света, и только третий, уволившись из полиции, остался в городе. Он работает охранником в супермаркете. Я хочу с ним побеседовать.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.