Смех компании перебил громкое пение. Мимо проходящие трое фартовых, обнимаясь и размахивая флягами, пели в одну глотку:
"Будь, как дома, сталкер, я ни в чём не откажу.
Множества хабара, коли желаешь подгоню.
И Тули среди ночи, рычали под окном,
Старик заулыбался и прочь покинул дом…"
В этот момент Иван увидел черно-синий браслет с красной ленточкой. Его взгляд выражал не заинтересованность, а тревогу. "Это… Это же браслет Марины," подумал он про себя. "Откуда у Севера он?" Иван поднялся и присел рядом с ним.
"Скажите," обратился он к Северу, "этот браслет. Где вы его взяли?"
Север посмотрел на свою руку и немного вяло произнёс: "А… Цацку то? Мёд загнал на здачу. Вот он, видишь с гитарой компания гогочет." Показывая пальцем на неподалёку расположившихся фартовых, он добавил: "Только это. Слушай, парень," произнёс он настороженно, "не стоит тебе к ним соваться. А чем тебя цацка эта заинтересовала?"
Иван встал и кратко произнёс: "Спасибо." Не отводя взгляда от компании, он решительно пошагал в их сторону. В этот момент Васильев остановил его за плечо.
"Иван, объяснись. Это тебе не твой дом, тут ты подставишь под удар не только себя, но и весь отряд," предостерег он.
Иван кивнул головой. "Мой дом был уничтожен бандитами, а этот браслет… Это браслет Марины. Я не нашёл тела, может, она ещё жива!"
Васильев шагнул вперёд и произнёс: "Говорить буду я, ты стой и молчи. Лишнего ляпнешь, ещё и боя не миновать."
Подходя к компании, среди которой один из Фартовых занимал центральное место, весело рассказывая свою последнюю шутку: "Заходит Медох в бар, а бармен ему говорит: 'Уродом сюда нельзя.' А он недолго думая отвечает: 'Да? И кто тебя сюда впустил?'" Разразившись смехом, компания еще не успела оправиться от хохота, как Васильев громко и с улыбкой произнёс: "Здорово, люди добрые, часик в радость! Мы с уважаемым человеком перетереть хотим вопросы. Кто из вас Мёд?"
Компания остановила свой разговор, обратив внимание на них. Невысокий, коротко стриженный мужчина средних лет поднялся и подошёл к ним: "Вечер в хату. Чё за вопрос?" Иван только хотел открыть рот, как Васильев остановил его и спокойно сказал: "Ворон цацку получил от вас, браслет с красной лентой. Нам стало любопытно, где вы его нашли."
Мёд обернулся к своим и засмеялся. "Известно дело, где! А ты, солдатик, будешь покупать такую редкую и ценную информацию?"
Васильев достал обойму из нагрудного кармана и вытащил патрон. "Думаю, этого будет достаточно," показывая патрон Мёду.
Мёд шагнул ближе и кивнул. "Тебе патрона достаточно, дело говоришь, а мне обоймы будет достаточно."
Компания расхохоталась, но Ивану было не до смеха. Он вытащил обойму из своего нагрудного кармана и протянул Мёду, говоря: "Примите, пожалуйста." Васильев пытался его остановить, но не успел среагировать.
Мёд быстро взял обойму и с улыбкой произнёс: "Какой хороший мальчик! Вот. С подгоном к людям обращается."
Васильев тяжело вздохнул и серьёзно сказал: "Ну что? Откуда браслет?"
Мёд поморщился. "Ну, давай обойму, скажу."
Иван начал: "Так это… я же, вот, вы же сказали."
Мёд продолжал с улыбкой: "Мы, ты, же, мя, ми. Базар с ним был, а не с тобой."
Компания снова подняла смех. Васильев протянул свою обойму и кивнул, произнеся: "Договор."
Мёд развёл руками и бросил нехотя: "Тросс, наш красавчик в бункере, что у Спасителей мне в счёт карточного долга загнал. Всё, расход, базар окончен."
Иван растерянно вскрикнул: "А как нам его найти? Где он?"
Мёд удивлённо посмотрел на Ивана и подошёл вплотную. "Ты что, шкет? Берега попутал? Может, тебе ещё поляну накрыть?"
Васильев понял, что нужно действовать быстро, иначе будет конфликт. "Братва," громко сказал он, "он ищет свою маму, помогите, мужики."
Один из компании, который сидел с гитарой, начал перебирать три струны и запел: "Пусть мама услышит, пусть мама придёт, пусть мама меня непременно…"
Мёд обернулся и крикнул: "Ща! Завали хлебало!"
Подчёсывая затылок, предводитель этой компании продолжил в другом тоне: "Мать говоришь… Ну, это святое, пацан. Хорошо. Тросс авторитетный фартовый, он двигается сейчас по муткам с святым отцом Сирафимов. За бухтой карповщиков, в пятом квадрате есть церковь, скорее всего, там и найдёшь его."
Иван заблестел глазами и протянул руку Мёду. "Спасибо вам, от всего сердца!"
Мёд ухмыльнулся и кратко произнёс: "Вали уже. Базар окончен."
Удаляясь от компании, Иван обернулся к Васильеву, желая что-то сказать, но в этот момент грубый голос Васильева оборвал его начинание – «Даже не думай. Завтра днём мы уже будем у «врат некро», там я передам слова караванщикам, которые расспрашивали о твоей Марине. Не так много девушек, что осмеливаются шагать по этой зоне».
Иван мрачно кивнул, смотря себе под ноги, и, испустив тяжелый вздох, тихо проговорил: «Я помню о миссии, но…». Васильев жестко перебил его, отмахнувшись: «Без 'но'. Один ты здесь и шагу не пройдешь. Внимай и запоминай: у тебя есть шанс преобразить мир к лучшему, а всё остальное – пусть останется моей заботой. Поможем. Главное – без лишних инициатив».
Приближаясь к костру своей команды, где все уже разместились на импровизированных спальных местах, лагерь потихоньку угасал под звуки гитар, смех и отголоски разговоров. Ночь обещала быть на редкость ясной, а тишина медленно окутывала всех в свои убаюкивающие объятия сна.
Священник Серафим, ключевая фигура ордена Поколение, обладающий важным статусом и ресурсами, выдвигает задание для Гора и его команды, которое имеет решающее значение для их общины. Серафим предлагает генератор, жизненно важный ресурс, в обмен на старинную икону, находящуюся в руках фартовых. Эта икона имеет не только духовное, но и историческое значение для Серафима и его людей. Гору с отрядом необходимо сделать крюк, сначала добравшись до бухты для обмена. Их роль – это поддержка, чтобы проехать через территорию Мародёров, а дальше их сопроводят от бухты к пром-зоне, в которой есть туннель предлагающий относительно безопасный маршрут под землёй через линию Береста.
На рассвете, когда первые лучи солнца едва коснулись обветшалых вершин заброшенных зданий, отряд Гора уже был готов к отъезду. Зил, мощный и обветренный, стоял на выкате, его двигатель уверенно рычал, разрывая тишину утра. Гор, вместе с Деном и остальными четырьмя бойцами, последний раз проверил все необходимое оборудование и припасы, убедившись, что ничего не забыто.
Под утренним небом, покрытым серыми облаками, Зил медленно тронулся с места, покидая безопасные пределы убежища. За рулём находились бойцы "Поколение", выдержанные и серьёзные, чьи лица отражали опыт и непоколебимую решимость. Они были выбраны для этой задачи за свою надёжность и умение держать ситуацию под контролем в любых условиях.
Гор и его команда, вместе с тремя дополнительными бойцами "Поколение", разместились в просторном багажнике Зила, где было достаточно места для всех, несмотря на наличие оборудования, припасов и оружия. Багажник был адаптирован для длительных поездок, с креплениями для безопасности и местами, где можно было устроиться с некоторым комфортом во время пути.
Поездка обещала быть не долгой. Маршрут пролегал через территории, где царили разрушение и опустошение, но главное, что была асфальтированная дорога. Время от времени Зил преодолевал разбитые дороги, обходил обвалившиеся мосты и осторожно миновал опасные зоны, где могли таиться разбойники или мутанты. Внутри багажника царила напряжённая тишина, нарушаемая лишь короткими командами бойцов "Поколение", передаваемыми в кабину.
Взаимодействие между Гором, его отрядом и бойцами "Поколение" было строго профессиональным, но существовало негласное понимание и уважение.
Когда серое небо прояснилось, стала давить душная и жестокая жара, Зил, пробивающийся через заросшие пустоши, внезапно замедлил свой ход. Гор, выглядывая из-за борта багажника, заметил, что впереди на дороге образовалась странная аномалия. Воздух мерцал, как над раскалённой плитой, а земля казалась размытой. Бойцы "Поколение" мгновенно оценили ситуацию и остановили машину.
Аномалия, которую они обнаружили, получила название "Зеркало Бездны". Это было нечто совершенно иное, чем все, с чем им приходилось сталкиваться ранее. Воздух над дорогой вибрировал, искажая реальность, словно тонкая пелена, через которую просвечивал другой мир. Земля в радиусе нескольких метров казалась прозрачной, открывая вид на бездонную пустоту, в которой плавали искажённые образы прошлого. Эти мерцающие видения были не просто миражами; они отражали события, замороженные во времени, создавая эффект присутствия в двух реальностях одновременно.
"Зеркало Бездны" издавало негромкий, едва уловимый звук, напоминавший шёпот, который становился всё громче, как только кто-то приближался слишком близко. Осмелившийся ступить в аномалию оказывался перед выбором: пройти сквозь визуализацию своих самых тёмных воспоминаний или найти силу оторваться и уйти, пока не стало слишком поздно. Некоторые, попавшие в её объятия, утверждали, что испытали мгновенное перемещение в другие места или даже времена, но никто не мог быть уверен, было ли это реальностью или просто иллюзией, созданной собственным разумом.
"Внимание, аномалия!" – крикнул один из водителей, обернувшись к отряду.
Не теряя времени, Гор и его команда быстро скоординировали действия. Они начали осматривать территорию, чтобы найти безопасный, обходной путь. В это время из зарослей по обеим сторонам дороги появились тени. Мародёры, использовавшие аномалию как засаду, приблизились к Зилу, думая, что отряд пойман в ловушку.
В тот момент Зил не был просто транспортным средством, а превратился в крепость на колёсах. Броне пластины и бронежилеты на окнах обеспечивали не только защиту от пуль, но и давали психологическое преимущество перед врагом. Металлические жалюзи с решёткой на лобовом стекле, хоть и ограничивали обзор, но предоставляли дополнительную защиту, делая Зил подобным бронированному зверю, готовому противостоять любым угрозам.
Когда мародёры вышли из зарослей, они оценили ситуацию и поняли, что их преимущество внезапности было утрачено. Гор, воспользовавшись моментом неопределённости среди противника, дал команду к атаке. Отряд "Поколение", вооружённый автоматами, открыл огонь из всех доступных стволов. Выстрелы, звенящие металлом и разрывающие воздух, отразили атаку мародёров с удивительной точностью и жестокостью. Они, привыкшие к беззаконию и хаосу постапокалиптического мира, были одеты в разношёрстные бронежилеты и маски, создавая мрачный коллаж выживания.
Их оружие было столь же разнообразным: от самодельных ружей и дробовиков до ржавых автоматов, которые когда-то могли быть частью арсенала военного подразделения. Мародёры действовали решительно, но без чёткого плана или координации, полагаясь на элемент неожиданности и своё численное превосходство.
Ожидавшие лёгкой добычи, внезапно обнаружили, что стали жертвами собственной засады. Зил, благодаря своей укреплённой конструкции, стал непреодолимой преградой. Гор и Ден, используя бронированные щели в пластинах как импровизированные стрельбища, сокрушали натиск врага с неожиданной для мародёров эффективностью.
Атмосфера напряжения окутала поле боя, когда Павел, Лихачь, Вар и Илья, четверо бойцов в отряде Гора, были готовы к любому исходу. Их опыт и навыки должны были стать решающими в этом противостоянии.
Павел взял на себя роль огневой поддержки. Его выбор оружия – не пулемёт, как можно было предположить, а надёжный автомат, позволяющий действовать гибко и маневренно. Он использовал укрытия, предоставляемые бронёй Зила, чтобы создать перекрёстный огонь, препятствуя мародёрам подойти слишком близко.
Илья, с его навыками ближнего боя, оставался в резерве, готовый вступить в схватку, если враги сократят дистанцию. Его оружие выбора – короткоствольное ружьё и нож для ближнего боя, что позволяло ему быстро реагировать на изменения в боевой обстановке.
Лихачь, снайпер команды, занял позицию на капоте Зила, используя прицел своего винтовочного комплекса для нейтрализации целей на дальнем расстоянии. Его меткие выстрелы были направлены на подавление самых агрессивных и угрожающих мародёров, вынуждая их держаться подальше.
Вар, специалист по взрывчатым веществам, ограничился использованием дымовых гранат и светошумовых зарядов, создавая занавес и дезориентируя противника, что позволяло его товарищам лучше маневрировать и использовать элемент неожиданности.
Сражение было наполнено хаосом, но каждый член отряда действовал осмысленно, опираясь на свои сильные стороны и поддерживая друг друга. Их стратегия не заключалась в безрассудном наступлении, а в умелом использовании тактики и ландшафта, чтобы минимизировать риски и избежать ненужных жертв.
Однако отряд, находясь под защитой укреплённого Зила, использовал превосходную тактику и дисциплину. Гор и Ден, обладая опытом боевых действий, направляли огонь по наиболее угрожающим целям, при этом сохраняя хладнокровие и точность. Используя щели в броне, они создавали узкие сектора огня, что позволяло максимально эффективно использовать каждый выстрел.
Один из них, обладающий навыками снайпера, занял позицию на крыше Зила, используя специально установленный на ней люк. Давая преимущество перед мародёрами в две снайперские винтовки. Его меткие выстрелы быстро сократили количество агрессоров, заставляя их искать укрытие и пересматривать свои планы атаки.
Взрыв, не только сбил мародёров с толку, но и создал панику среди них. Волновой удар и ослепляющий свет взрыва временно вывели из строя несколько ближайших к эпицентру нападавших, открывая отряду возможность для контратаки.
В этот момент водитель активировал внешний динамик Зила, через которые прозвучало громкое предупреждение, имитирующее приближение подкрепления. Звуковая атака, сочетающаяся с хаосом взрыва, окончательно деморализовала мародёров, заставив их верить, что против них выступает гораздо более мощная и организованная сила.
Мародёры, не желали отступать, рассчитывая на своё численное превосходство и надеясь на ошибку отряда "Поколение". Но внезапно, на фоне боя и грохота взрывов, раздались странные, едва уловимые звуки. Сперва казалось, что это эхо от стрельбы, но вскоре стало ясно, что это что-то иное.
Из-за зарослей, обрамляющих место схватки, начали появляться Безликие – ужасающие существа постапокалиптического мира. Их движения были стремительны и плавны, как будто они скользили над землёй. Отсутствие лиц делало их внешний вид ещё более зловещим, а молчаливость – таинственным и непредсказуемым. Мародёры, обращаясь к новой угрозе, поняли, что их позиции становятся ещё более отчаянными.
Гор и его команда, заметив прибытие Безликих, быстро переоценили обстановку. Они знали, что с эти существами не стоит шутить: Безликие были не только быстры, но и чрезвычайно опасны в ближнем бою, а их кожа отталкивала обычные пули, делая стандартное огнестрельное оружие почти бесполезным против них. Единственным надёжным способом убить Безликого было попасть в него в затылок или в пах.
Павел и Ден сосредоточили огонь на подавлении мародёров, чтобы не дать им использовать хаос в своих целях, в то время как Илья и Вар готовились отразить атаку Безликих в ближнем бою. Лихачь, используя свои навыки снайпера, старался выцеливать Безликих, целясь в уязвимые места, но из-за их быстроты и непредсказуемости движений это было не из лёгких задач.
Когда первые Безликие добрались до линии обороны, Илья вступил с ними в схватку. Используя своё короткоствольное ружьё для отталкивания и нож для точных ударов в уязвимые места, он сражался с невероятной отчаянностью и мастерством. Вар, в свою очередь, использовал дымовые гранаты для создания занавеса, снижая видимость для мародёров и Безликих, что давало отряду дополнительное преимущество.
Мародёры, растерянные появлением нового врага и подавленные огнём отряда "Поколение", начали терять организацию и паниковать. Отряд Гора, используя ситуацию, наращивал давление, стремясь разгромить их перед тем, как Безликие смогут нанести серьёзный урон.
Ситуация на поле боя достигла апогея напряжения. Мародёры, первоначально рассчитывавшие на лёгкую добычу, теперь оказались втянутыми в смертельную ловушку между хладнокровным отрядом и неумолимыми, таинственными Безликими. Разбитые огнём отряда и шокированные внезапной угрозой, они всё ещё пытались сражаться, но их действия были хаотичны и неорганизованны.
Безликие, используя свою феноменальную скорость и непроницаемую для обычного взгляда маневренность, прорывались сквозь отчаянную оборону мародёров. Их атаки были молниеносными и безжалостными. С каждым ударом, когда они схватывали своих жертв, их невероятная сила становилась очевидной. Мародёры, неспособные противостоять такому противнику, подвергались жестоким нападениям: Безликие, не имея потребности в оружии, своими же руками отрывали конечности, оставляя за собой кровавые следы разрушения. Отрыв конечностей был не столько результатом желания убить, сколько демонстрацией силы и превосходства над противником.
Мародёры, измотанные и истощённые, столкнулись с реальностью, когда их численное преимущество обернулось против них. Паника распространялась среди них быстрее, чем они могли реагировать. Одни пытались бежать, спотыкаясь о собственных павших товарищей, другие в отчаянии продолжали стрелять, надеясь хотя бы замедлить своих непреклонных противников. Но Безликие казались невосприимчивыми к страху или боли, их действия были методичны и целенаправленны.
Гор и его отряд быстро приняли решение уйти с поля боя. Они собрались вокруг своего транспортного средства, готовясь к отъезду.
В это время оглушительный звук двигателя Зила выплюнул огонь из выхлопной трубы, а плотный черный дым наполнил воздух, указывая на готовность к отъезду. Гор дал команду, и мощный двигатель Зила ворвался в действие. Машина, выходя из обороны, медленно начала двигаться вперёд, заставляя мародёров и Безликих отступить, чтобы уступить дорогу.
Под капотом Зила ревел мотор, а его колёса резали воздух, мча отряд в безопасность, оставляя позади хаос и разрушение битвы. Они ушли, оставив за собой не только разрушенные силы мародёров, но и тайные угрозы Безликих, напоминая себе о бесконечной опасности и непредсказуемости постапокалиптического мира, но совсем забыли про аномалию.
После напряженного столкновения с мародерами и Безликими, Гор и его отряд, все еще ошеломленные недавними событиями, подъехали к аномалии "Зеркало Бездны". Мощный Зил, казалось, не чувствовал под собой земли, когда въезжал в зону аномалии. Воздух вокруг стал густым и тяжелым, словно перед бурей; звуки приглушились, а время замедлило свой бег.
Первым делом всех охватил странный запах – смесь озона и чего-то древнего, напоминающего запах мокрой земли и гнили, который несла ветхость заброшенных зданий и улиц. Этот аромат вызвал у отряда чувство тревоги и одновременно знакомства, как будто они уже когда-то его ощущали, стоя на пороге давно забытых воспоминаний.
Вскоре начались визуальные галлюцинации. Пространство вокруг Зила искажалось всё сильнее, создавая иллюзию, что сам воздух становится текучим и мутным, как вода. Измерения переплетались, и в этом хаосе вихрей и цветовых пятен перед отрядом вдруг появилась удивительно четкая картина.
Они увидели Священника Серафима, стоящего на площади, окутанной мглой времен. Его фигура выделялась против фона руин, словно он был и не был частью этой аномалии одновременно. В его руках была открыта книга, из которой он, несмотря на все искажения вокруг, читал отрывок из Евангелия от Матфея с ясностью и силой, проникающей сквозь марево иллюзий.
Рядом с ним, на виселице, висело бездыханное детское тело по имени Лира. Её образ был настолько ярок и тревожен, что вызвал у всех, кто находился в Зиле, острое чувство боли и горечи. Эта картина, как зеркало, отражала не только прошлое, но и глубокие внутренние страхи каждого из них.
Ощущение прикосновения аномалии было похоже на легкое электрическое покалывание по коже, сопровождающееся внезапными холодными порывами воздуха, заставляющими волосы встать дыбом. Переплетение реальностей создавало впечатление, что их собственные тела начинают растворяться в окружающем пространстве, смешиваясь с эхом воспоминаний и потерь.
Зил продолжал медленно двигаться сквозь аномалию, но для пассажиров это путешествие казалось вечностью. Сцена с Серафимом и Лирой, замерзшая во времени и пространстве, оставила в их сердцах глубокий след, напоминая о том, что война и разрушение оставляют после себя гораздо больше, чем просто физические раны.
По мере того как Зил неуклонно пробирался сквозь вибрирующую пелену аномалии, изображения, рождаемые "Зеркалом Бездны", начали сменяться с бешеной скоростью. Отряд окутала калейдоскопическая смена сцен: разрушенные города, пустые поля битв, лица близких и незнакомцев, смеявшиеся и плачущие, все они промелькнули перед их глазами в суматошном танце времени и пространства.
Каждый участник отряда переживал свое собственное путешествие внутри аномалии. Кожа на мгновение казалась покрытой инеем при прикосновении к невидимым потокам холодного воздуха, что витал в этой зоне. Запахи менялись так же быстро, как и видения: от тяжелого аромата металла и пороха до внезапного приторного запаха свежесрезанных цветов и чего-то жженого, вызывая в памяти обрывки воспоминаний и ассоциации.
Когда машина продолжала свое движение, внезапно все вокруг погрузилось в молчание. Визуальный и звуковой шум аномалии как будто отступил, оставив отряд наедине с последним и самым ярким видением. Перед ними предстала картина – не Серафима и Лиры, а когда-то знакомой и в то же время неведомой площади, на которой стояли они сами, обернувшись к себе спинами, образуя круг. В центре круга, под открытым небом, лежало огромное, но удивительно прозрачное яйцо, излучавшее мягкий свет.
Свет яйца освещал их лица, отражаясь в глазах каждого, и в этом свете они увидели друг друга такими, какие были до войны, до потерь, до того, как мир изменился до неузнаваемости. В этот момент они поняли, что аномалия не просто показывала им куски прошлого или возможного будущего. Она зеркалила их самых себя, их страхи, надежды и неразрешенные чувства, давая шанс столкнуться с ними лицом к лицу.
Этот момент вне времени и пространства был прерван резким всплеском реальности, когда Зил, наконец, вырвался из аномалии, как из тумана снов. Отряд огляделся, пытаясь восстановить ориентацию в пространстве, и обнаружил, что находится уже на другой стороне аномалии, на изношенной, но узнаваемой дороге, ведущей к их следующей цели.
Воздух внутри Зила вибрировал от нескончаемого эха аномалии, оставляя после себя тяжелую паузу, наполненную молчанием и внутренними переживаниями каждого. Наконец, Ден, обдумывая свои слова, прервал тишину, его голос был неуверенным, отражая колебания его мыслей:
Ден, оглядываясь на товарищей, словно ища поддержки в их взглядах: "Вы видели это… яйцо, да? И мы все вокруг… Это… Что вы думаете, это значило?"
Гор, его взгляд был устремлен вперед, на дорогу, что расстилалась перед ними, но его слова были адресованы всем в кабине: "Возможно, это напоминание. О том, что в каждом конце кроется новое начало. Или просто аномалия играет с нами, кто его знает."
Вар, на мгновение отвлекшись от проверки своего оружия, вступил в разговор, его голос был сух и прагматичен: "Новое начало, говоришь? Неплохо бы, но в этих проклятых руинах? Сложно поверить…"
Лихач, перекинув винтовку через плечо и устало улыбаясь, добавил: "Может, это и не о начале. Это как свет в наших душах, понимаете? Неважно, насколько глубоко мы погрязли в этом аду, но свет-то в нас остается, верно?"
Илья, скептически хмыкнув, подхватил: "Души и свет в аду, ага. И вот оно, нам показывают свет. Довольно иронично, не находишь?"
Товарищеская беседа, невзирая на тяжесть ситуации, несла в себе нотки утешения и взаимопонимания. Однако атмосфера вновь сгустилась, когда Ден коснулся более болезненной темы:
Ден, с заметной тревогой в глазах и едва заметным дрожанием в голосе: "А Лира… Это было настоящее, правда? Серафим, Лира… Мы должны вернуться. Мы должны попытаться помочь!"
Гор, отрешенно, но с явным раздражением в голосе, ответил, не отрываясь от дороги: "И что ты предлагаешь? Сколько раз мы видели смерть на нашем пути? Сколько раз мы могли что-то изменить? Это всего лишь аномалия, Ден. Игра ума. Ничего больше."
Ден, чьи глаза вдруг наполнились грустью, медленно кивнул, принимая неизбежное: "Но если бы был хоть какой-то шанс… Лира… она могла быть чьей-то дочерью. Мы не можем просто так…"
Гор, прерывая его, в голосе звучала не только усталость, но и нотка сочувствия: "Ден, это не твоя дочь. Это было что-то… иное. Не позволяй аномалии манипулировать тобой."
Ден, с пониманием кивнул, его глаза отражали глубокую печаль: "Я знаю… Просто казалось, что если есть хоть малейший шанс помочь…"
Пересекая поле, которое расстилалось между ними и их целью, Зил направлялся к небольшому домику у озера, известному среди сталкеров как бухта. Возвращение к бухте было похоже на дежавю для Гора и его команды. Ровно сутки назад они находились всего в километре отсюда, когда карповщики, контролирующие это место и перевозки через озеро, высадили их после переправы. Этот момент был частью их долгого маршрута, и вот теперь они вновь здесь, на подходе к бухте, где должна состояться встреча с "Фартовыми".
Когда Зил остановился у небольшого домика у озера, боец за рулём сделал короткий гудок, давая понять, что они прибыли. Старая деревянная постройка, покрытая мхом и лишайниками, казалась почти забытой, но в то же время уютно вписывалась в окружающий её пейзаж. Рядом с домиком виднелась небольшая пристань, где вода озера спокойно покачивала пару старых лодок.
Гор крепко обнял Веру и сказал: "Здравствуй, здравствуй, вкусно пахнешь." Она ответила: "Спасибо, это спирт." Посмеялись, и Кеп пристально посмотрел на Гора, крепко держа его за руку: "А ты что здесь делаешь? Вы же должны были перехватить военных за линией Береста."
Гор, отводя взгляд в сторону, улыбнулся и сказал: "Решили встретиться, договорились с священником, что он проведет нас коротким путем. Вон, даже Зил с бойцами выделили, они тут с фартовыми обмен устроят и поедем дальше. А вы что здесь?"
Кеп, теряя улыбку, ответил настороженно: "Вот видишь, мудень с нами. Зовут Миха. Сказал, что тут есть полулюди, мол, поселение. Решили рабами затариться, а оказалось это всё неправда. На деле больше сотни людоедов в укрепленном здании." Подумав, Кеп нахмурился и продолжил: "Гор, ты внатуре к Серафиму потащился? Что ты ему обещал?"
Гор пожал плечами: "Да ничего особенного, обсудить с Карпом торговлю. Они в городе лучше нашего живут, а вот интересует их наш лес, всякие травки, грибочки, ягоды, и церковь хотят построить на нашей территории."
Кеп засмеялся, хлопая Гора по плечу: "Вот ты олень! Карп ясно сказал, что с ними дел не иметь. Орден Поколения захватил власть столько же, сколько и крестоносцы до катаклизма. Им тут Мародеры и Анархисты только отпор дали, потому что ума хватило не связываться. Ну, а придут к нам, как думаешь? Сам подумай. У нас, помимо лесных жителей, есть несколько поселений и пара колоний. Что ещё за душой? Если народ начнет платить дань церкви, что нам останется?"
После недолго обсуждения Спасателей, всё встало на свои места и роли дальнейшего пути распределись как будто сами собой без лишних слов.
Рядом с ними Ворон и Тросс, фартовые, которые демонстрировали явное безразличие к планам Спасителей, были заняты перетаскивание генератора в лодку.
"Так, кто в итоге с кем?" – серьезно спросила Вера, всем видом показывая, что она хочет идти за линию Береста. Её тон и вид предполагал, что вопрос задан только к Гору.
Гор объяснял распределение сил: "Кеп и Тарас присоединятся к нашей группе. Мы направимся к лаборатории через тайный проход, о котором упомянул священник. Ваша задача – доставить представителя ордена к нам в лагерь."
Вера кивнула, её взгляд пересекся с Михой и представителем Ордена Поколение. "У нас своя миссия. Интересно, а они вкусе что лодка может не потянуть," – с иронией добавила она, подразумевая фартовых, которые стояли рядом.
Ворон и Тросс, услышав своё упоминание, лишь мельком взглянули в сторону Веры и снова углубились в проверку генератора, явно демонстрируя, что её мнение им не интересно.
Когда Зил медленно отдалялся от берега, перевозя группу из восьми Спасителей, Вера, стоя на берегу, в последний раз взглянула на удаляющийся ЗИЛ. "Вернись целым," – прошептала она, позволяя себе на мгновение чувство уязвимости, прежде чем вновь надеть маску непреклонности и юмора.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.