Город Нарва расположен на склонах холмов прибалтийских возвышенностей, простирающихся через Эстонию до самого Ленинграда. Окруженная труднопроходимыми лесами и болотами, Нарва на протяжении столетий контролировала перешеек между Финским заливом и Чудским озером. Нарва известна с XII века, принадлежала датчанам (в 1223 г. основавшим здесь крепость) и позже превращена Ливонским орденом (входившим в Тевтонский орден) в неприступную крепость на границе с Русью. Во времена правления магистра ордена Германа фон Брюггенау-Гасенкампе крепость сильно расстроилась, увеличившись в размерах. Ее символом стала высокая башня, названная «Длинным Германом».
Напротив замка Германа возвышается русская крепость Ивангород, сооруженная по приказу московского великого князя Ивана III. В ходе сражения при Нарве (1700) 17-летний король Швеции Карл XII разбил численно превосходящее русское войско. Но в 1704 году Нарва была взята штурмом Петром I Великим. Лишь в 1920 году Эстония обрела признанную Советской Россией государственную самостоятельность9.
Солдаты из всех стран Европы готовились к обороне Нарвы. Плечом к плечу с ними был и личный состав
20-й моторизованной дивизии СС (эстонской), состоявшей исключительно из эстонцев.
Нарва была целью следующего советского наступления. Три армии – 47-я, 2-я ударная и 8-я – готовились к прорыву оборонительного фронта у Нарвы.
Вновь возведенная линия обороны тянулась от Гунгербурга (Нарва-Йыэсуу) вдоль реки и переходила севернее Нарвы, у Сиверцы, на восточный берег реки, минуя плацдарм, включающий к югу от Нарвы деревню Долгая Нива, и оттуда резко сворачивала на запад, возвращаясь у Кренгольма снова на западный берег. Фронт у реки Нарва должен был проходить по западному берегу. Заболоченный характер местности помешал сооружению позиций. Советы поторопились и успели создать плацдарм у Кривассо.
Второпях возводился немецкий оборонительный рубеж. Здесь настоящая мешанина – кого только нет – сухопутные части, полевые дивизии люфтваффе, эстонские добровольцы и бойцы дивизии «Нордланд» и бригады «Нидерланды». Но все беспрекословно выполняли распоряжения бесстрашных офицеров. Сил было потрачено немало, а жертвы неизмеримы. О железную волю защитников разбивались атаки Советов.
У Финского залива находилась боевая группа «Побережье», ее штаб располагался в Ауге. На участке боевой группы под Мерекюла занимал позиции эстонский полицейский батальон, западнее – береговая батарея, еще одна береговая батарея расположилась к югу от Мерекюла, морской батальон Хоншильда – до Гунгербурга, батальон моряков под командованием Шнайдера в Гунгербурге и на 1,5 км вверх по течению реки. До селения Сиверцы стояли сначала наскоро собранные группы, которых в начале февраля сменили боевые группы Кауша, Германа и Венглера. Участок спичечная фабрика Сиверцы – северные окраины города Нарва занимал саперный батальон бригады «Нидерланды».
На плацдарме занимали позиции с севера на юг: бригада «Нидерланды» – 48-й полк у Поповки и южнее, 49-й полк у Лилиенбаха и до главной дороги на Ямбург; в южной
части плацдарма – 24-й полк («Данмарк») дивизии «Нордланд».
Позиции на лесистом берегу Нарвы занимали с востока на запад остатки полка «Норвегия», полицейские подразделения и боевая группа из остатков 61, 225 и 170-й пехотных дивизий. Уже в первые дни февраля Советы пытались взять приступом Нарвский плацдарм.
Для усиления обороны плацдарма в течение первых дней февраля значительную роль сыграли «Тигры» 502-го танкового батальона (тяжелых танков), доставленные из района Волосово в Нарву по железной дороге. Ниже приведены слова лейтенанта Кариуса из 502-го танкового батальона (тяжелых танков), которые могут служить штрихами к портрету бригаденфюрера (генерал-майора) ваффен-СС Фрица фон Шольца (лейтенант Кариус лично не знал генерал-майора):
«Мы должны были явиться к командиру дивизии «Нордланд» и оказать поддержку дивизии при отражении атак Советов. Мы промучились до самой Нарвы и проехали через мост. Наконец я обнаружил командный пункт дивизии, причем в автобусе. Доложил о прибытии начальнику штаба, который вместе со своим штабом тоже приютился в другом автобусе. После этого я был вызван к командиру дивизии.
Перебравшись в другой автобус, я был поражен, увидев человека спокойного и располагающего к себе. За все время пребывания на фронте никого подобного из командующих дивизиями не встречал. Солдаты и офицеры дивизии прямо-таки боготворили Шольца, настолько был высок его авторитет. Солдаты называли его «старина Фриц». Со мной он обращался как с родным сыном.
Мы стали обсуждать обстановку, и выяснилось, что мой скепсис относительно линии «Пантера» был вполне оправданным.
«Знаете, – пояснил «старина Фриц», – собственно говоря, все это только на бумаге. Я примерно набросал линию обороны плацдарма, и ваша задача – помочь моим солдатам возвести и укрепить эту линию».
Когда уже два дня спустя Нарва попала под жесточайший обстрел тяжелой артиллерии русских и когда плац-
дарм уже перестал существовать, я предложил разместить свои «Тигры» на западном берегу поблизости от главного моста. Таким образом, мы в любое время можем оказать огневую поддержку, и в случае чего русские нас не отрежут от своих. Фриц фон Шольц согласился.
Как раз тогда, когда «Тигры» стали занимать позиции в западной части Нарвы, приехал фельдмаршал фон Модель. Едва я изложил ему свой план, как он разорался и приказал срочно убрать танки. Мол, «вы отвечаете за то, чтобы ни один русский танк не прорвался. И ни один из ваших «Тигров» не должен попасть под обстрел. Здесь каждый ствол на вес золота!» И вскоре наше пребывание в дивизии «Нордланд» закончилось. Мы охраняли участок, пока обстановка на плацдарме не стабилизировалась. После этого нас перебросили на участок между Нарвой и Гунгербургом».
Уже в течение первых дней февраля советские войска попытались создать плацдарм между Гунгербургом (Нарва-Йыэсуу) и Нарвой. При Кудрюкюла им удалось, наконец, прорвать оборону речного рубежа. В контратаку были брошены резервы боевой группы «Побережье», действовавшие при поддержке трех танков и под личным командованием бригаденфюрера (генерал-майора) ваффен-СС Крюссинга. Советские войска были оттеснены за реку. Затем фронт у Гунгербурга был разделен на два района подчинения. Район побережья переходил боевой группе «Побережье», участок Гунгербург – Нарва – боевой группе генерал-лейтенанта Берлина. Генерал-лейтенант Берлин – командир 227-й пехотной дивизией, которая пока что действовала не в полном составе. Штаб боевой группы генерала Берлина располагался в Мерекюла.
На следующее утро после разгрома советских частей у плацдарма в районе Кудрюкюла остатки 7-й роты «Нор-
вегия» под командованием обершарфюрера Шахера вышли к реке. 14 дней они шли пешим маршем по территории врага, питаясь кое-как, а в ходе форсирования реки ко всему прочему потеряли унтерштурмфюрера-норвежца, причем погиб он от огня своих же. 30 человек осталось от разгромленной под Кирово 7-й роты полка «Норвегия». Но пробиться удалось не только им.
29 января подразделения танкового батальона «Герман фон Зальц» прорвались в Ямбург, но без техники. После изматывающего марша – оружие на санях, а зенитное орудие вообще пришлось тянуть волоком – они прибыли в Воку на побережье. Уже скоро их бросают в бой на участке у реки Кудрюкюла – Рийги, как пехотинцев. Командный пункт Кауша – в землянке в прибрежном лесу юго-западнее Кудрюкюла. Обозы были распределены по опорным пунктам вокруг Яаксонсони. Батальонный врач доктор Лотце развернул в обозе штабной роты перевязочный пункт.
В ночь на 3 февраля русские прорвались на стыке между боевыми группами Кауша и Венглера (227-я пехотная дивизия). Стоявший в резерве взвод оповещения танкового батальона «Герман фон Зальца» отбросил советских солдат в ходе контратаки по льду реки на другой берег. На позициях кипела работа по обустройству и укреплению. На следующую ночь была отбита атака еще одной небольшой группы русских. Четверо погибших солдат неприятеля так и остались лежать на льду.
В ночь на 6 февраля по льду полз человек. Перебежчик. Когда до немцев оставалось несколько десятков метров, он поднялся во весь рост и закричал: «Не стреляйте, камрады!» Слишком поздно! Пулеметная очередь сразила перебежчика. Днем от пуль русского снайпера погибли несколько бойцов взвода оповещения.
8 февраля вновь очередная ударная группа русских атаковала стык боевых групп Кауша – Венглера в районе Рийги. Советам удалось закрепиться у фронта боевой группы Венглера, так как берег с позиций плохо просматривался. Фланговым ударом взвод оповещения отбросил русских.
11 февраля Советы решили ввести в бой силы покрупнее. В этот день они пытались штурмом взять плацдарм у Рийги. Вот что писал в своем дневнике командир разведвзвода танкового батальона «Герман фон Зальца», унтершарфюрер Штёкле:
«С 7 ч. 15 мин. до 7 ч. 45 мин. артиллерийский и минометный огонь на участке у Рийги. Местонахождение неприятельских позиций – за высотой (14,7). 7 ч. 50 мин. – атака Советов (примерно 50 человек) на том же стыке боевых групп. 8 ч. 20 мин. – атака организованно отражена. По нашим подсчетам, 39 погибших солдат противника. Снова сильный огонь врага по нашим позициям. 14 ч. 10 мин. Вражеская ударная группа снова атакует соседнюю роту (366-го мотопехотного полка Венглера). Наносим фланговый удар. Противник отходит. Наши потери: 2 человека ранено, унтершарфюрер Мозер (разведвзвод) погиб в результате прямого попадания противотанкового снаряда. Наши молодые солдаты выдержали боевое крещение.
В ночь на 12 февраля: 3 человека ползут по льду. Наши встречают их пулеметным огнем. На середине покрытой льдом реки они поднимаются и кричат: «Не стреляйте! Это обершарфюрер Шенкель!» Пришельцы благополучно добрались до наших позиций. Это отбившиеся от своих частей в ходе отступления наши солдаты. Последние трое из 38 человек. Все это время они питались корой деревьев и засохшей травой. Днями скрывались, ночами шли к своим. И погибший в ночь на 6 февраля также оказался одним из наших».
12 февраля Советы снова наступали между Рийги и Сиверцами, и им удалось прорваться в нескольких местах там, где оборона немцев слаба. Пока мотопехотинцы Венглера под Рийги и саперы Ванхёфера держали оборону у северных окраин города Нарвы, на промежуточных участках фронт был взломан.
Саперы бригады «Нидерланды» силами фланговой роты удерживают оборону у кладбища южнее Сиверцы. Советские войска снова и снова атаковали этот узловой участок фронта. Командир 54-го саперного батальона гауптштурмфюрер Ванхёфер лично руководил боями на переднем
крае. Из сил, обороняющихся по фронту батальона, он выделил сильную ударную группу и бросил ее на только что захваченный русскими участок траншеи, который вскоре снова отбит у противника. Но на большее сил уже не было.
Между тем 3-й (германский) танковый корпус СС перебросил все имевшиеся в распоряжении силы в район прорыва и блокировал его на западном направлении. Передовые части Советов находились в 300 м от Пяхклемяэ, то есть в двух шагах от рокадного шоссе.
Около полуночи Советам противостояла первоначально малочисленная боевая группа под командованием штурмбаннфюрера Крюгеля. У мызы Пяхклемяэ – взвод стрелков-мотоциклистов полка «Норвегия» под командованием обершарфюрера Винке. Постепенно туда подтянулись еще несколько рот. Прорыв был ликвидирован. Одновременно к городской окраине Нарвы выдвинулись штурмовые орудия дивизии «Нордланд» и бригады «Нидерланды» и блокировали прорыв с севера.
Плацдарм у Сиверцы был важен как для немцев, так и для русских. В случае его дальнейшего расширения становилась вполне реальной угроза падения города Нарвы и одновременно с этим окружения действующих на плацдарме сил. И в этом случае путь на Эстонию был бы открыт.
16-я рота полка «Норвегия», ночью занятая минированием на Нарвском плацдарме, была брошена на Пяхклемяэ, туда же направлены 16-я рота полка «Данмарк» и 11-я рота полка «Норвегия». 16-я рота полка «Норвегия» была направлена для усиления сводной роты Ландмессера под Сиверцы. Рота Ландмессера сильно поредела после того, как попала под интенсивный артобстрел русских. Оберштурмфюрер Ландмессер, несмотря на полученные ранения, не уходил с передовой.
Утром 13 февраля советские батареи обрушили шквальный огонь на еще уцелевшие немецкие позиции. Особенно велики были потери в ротах Ландмессера и Ширмера и в действующем на северной окраине кладбища в Сиверцы 54-м саперном батальоне СС. С высокого восточ-
ного берега реки Советы вели прицельный огонь из противотанковых орудий.
После интенсивной артиллерийской подготовки русские по льду пошли в атаку на кладбище со стороны Сиверцы. Гауптштурмфюрер Ванхёфер, перескакивая через поваленные надгробные памятники, поспешил на берег. Его саперы удерживали береговые позиции. На поверхности льда уже чернело много трупов атаковавших русских. Когда стало чуть спокойнее, саперы выбили вновь проникших в траншеи русских. Ответ Советов: убийственный огонь из тяжелых орудий по западному берегу.
И снова оживление на противоположном берегу. Развернув цепи, русские бегом понеслись по льду. Оборонительный огонь немцев корректировал выдвинутый вперед наблюдатель. После разрывов во льду повсюду чернеют воронки, в которых тонут многие советские солдаты. Остальные предпочли отступить. Теперь немцы, сосредоточив огонь на кустарнике на восточном берегу, старались подавить позиции русских. Последняя атака этого дня была отбита. Настало время контрудара по Сиверецкому плацдарму.
К Сиверцы сумели прорваться штурмовые орудия под командованием штурмбаннфюрера Шока. Они были встречены сильным огнем противотанковых орудий с восточного берега. Штурмбаннфюрер Шок погиб. Штурмовые орудия были вынуждены отойти.
Роты Ландмессера и Ширмера все же пробились, невзирая ни на что, и выбили русских с их позиций. К вечеру силы на исходе. Советы были все же оттеснены. Однако они все равно контролировали все передвижения немцев с восточного берега и днем не давали и головы поднять постоянными обстрелами. Приходится завозить продовольствие и боеприпасы на «Тиграх», на них же доставлять в тыл раненых.
«Атаковать Сиверцы! Цель атаки – памятник шведам на севере разрушенной деревни!» Так велел приказ из штаба дивизии 16-й роте 23-го полка «Норвегия». Унтерштурмфюрер Ширмер отказался исполнять этот приказ, мотивируя это тем, что рота больше не существует. Фриц фон
Шольц лично прибыл на передовую и, убедившись, что Ширмер не ввел его в заблуждение, отменил свой приказ. Роты Ширмера и Ландмессера остались на прежних позициях. Их остатки позже сменила рота гауптмана Лемпке.
Боевая группа штурмбаннфюрера Крюгеля с боем отбила у противника метр за метром территорию под Сиверцы. Крюгель был ранен. Командование боевой группой принял гауптштурмфюрер Тёни. Наконец превращенную в руины деревню Сиверцы удалось взять. Теперь противник закрепился под Вепскюла. 11-й батальон полка «Норвегия» бросил в бой ударную группу, но безуспешно. Командир этой группы обершарфюрер Холлингер ранен. 13-я рота полка «Норвегия» и артиллерийский дивизион бригады «Нидерланды» подвергали вражеские позиции под Вепскюла интенсивному обстрелу. Советы оказывали яростное сопротивление, закрепившись на хорошо оборудованных позициях и в «лисьих норах» на крутом береговом откосе, с каждым днем усиливая оборону занятого ими рубежа. Унтершарфюрер Нильсен, командир минометного расчета 11-й роты 23-го полка «Норвегия», насчитывал 72 тяжелых и сверхтяжелых миномета противника в районе Вепскюла. Позже он был серьезно ранен этим внушающим страх оружием и потерял зрение. 11-ю роту полка «Норвегия», которой теперь командовал гауптман вермахта, сменили эстонцы. Численность этой роты составляла всего 31 человек. Один из роттенфюреров принял командование в том же районе над остатками 16-й роты полка «Данмарк» – в ней было всего 20 человек.
На северном участке прорыва врага, в районе Рийги, мотопехотинцы 366-го полка (полковник Венглер) постепенно оттесняли противника. Существенную помощь оказал подтянутый сюда 16 февраля взвод «Тигров» под командованием лейтенанта Кариуса. В результате слаженных действий удалось отбить траншеи у врага.
С прибытием 20 февраля передовых частей 20-й (эстонской) пехотной дивизии СС советский плацдарм на самом узком участке под Вепскюла был локализован. Один за другим прибывали батальоны эстонских эсэсовцев, в ходе перегруппировки немецких сил принимая участок фронта
Гунгербург – Нарва. В бои вступил южнее Гунгербурга и южнее Кудрюкюлы 1-й батальон под командованием гауптштурмфюрера Зильферта, а 2-й батальон оберштурмфюрера Вебера под Рийги. 45-й полк (штурмбаннфюрер Риипалу) также занял позиции – его 1-й батальон (гауптштурмфюрер Триик) на участке между Ваза и Вепскюла, а 2-й батальон (гауптштурмфюрер Майдла) от Сиверцы и до северных окраин города Нарвы, где к ним примыкали позиции саперного батальона «Нидерланды».
Едва позиции были заняты, как с новой силой продолжились бои за небольшой плацдарм Советов. 29 февраля 22-летний унтершарфюрер Нугизекс получил приказ пробить брешь в обороне русских. Он дважды водил свою ударную группу в атаку, и дважды атакующие эстонцы были вынуждены прижиматься к земле в какой-то полусотне метров от позиций русских. После этого эстонцы атаковали уже в третий раз и после ожесточенных рукопашных схваток овладевали позициями. В ходе следующей атаки, проведенной уже более крупными силами 20-й эстонской пехотной дивизии ваффен-СС, плацдарм русских, наконец, был ликвидирован. Идущая вдоль берега дорога теперь была свободна, угроза рокадному шоссе снята.
По итогам операций на участке между Гунгербургом (Нарва-Йыэсуу) и Нарвой штурмбаннфюрер Крюгель и унтершарфюрер Нугизекс были удостоены Рыцарских крестов.
Два дня спустя после создания Советами плацдарма у деревни Сиверцы под Мерекюла началась десантная операция Красной армии.
Советское командование в целях закрепления достигнутых успехов на участке Сиверцы – Рийги решило осуществить высадку десанта, который должен был соеди-
ниться с расположенными под Сиверцами силами, чтобы затем коренным образом изменить ход боевых действий на Нарвском оборонительном фронте.
После многочисленных перегруппировок сил на побережье Балтийского моря вырисовалась следующая картина: восточнее Муммасааре до Мерекюла – эстонский полицейский батальон, в дюнах – батарея береговой обороны с 4 трофейными 100-мм орудиями. Огневые позиции батареи были достаточно сильно укреплены. Шесть 20-мм зенитных орудий были предназначены для защиты с воздуха. Прилегавшая к побережью территория оборудована проволочными заграждениями. В Мерекюла располагался штаб 227-й пехотной дивизии (боевая группа генерал-лейтенанта Берлина). Мерекюла – маленький рыбацкий поселок с 30 домами и двумя церквами. Командный пункт генерала Берлина был обнесен проволочными заграждениями. На участке от Мерекюла и расположенного строго на запад Гунгербурга (Нарва-Йыэсуу) – батальон военных моряков Хоншильда, а в самом Гунгербурге такой же морской батальон Шнайдера. Между Мерекюла и Кивисааре находилась батарея морских 150-мм орудий. Штаб боевой группы «Побережье» – в небольшом рыбацком поселке Ауга.
За оборону всего берегового участка отвечала боевая группа «Побережье». Командир – датчанин, генерал-майор Крюссинг. Начальник штаба штурмбаннфюрер Энгельхардт. Сын генерал-майора Крюссинга служил в звании унтерштурмфюрера в разведбатальоне 11-й дивизии СС «Нордланд», был ранен, отправлен на грузовике из Волосово в Ямбург (Кингисепп) и попал в плен к русским. С тех пор унтерштурмфюрер Крюссинг считался пропавшим без вести.
В ночь с 13 на 14 февраля 1944 года 12 малых пароходов и траулеров рассекали волны Финского залива, двигаясь в западном направлении. Караван охранялся несколькими советскими эсминцами10. Вскоре они уже были на рейде
Гунгербурга (Нарва-Йыэсуу). Затем изменили курс и направились к побережью. Раздавался сдержанный гул двигателей небольшой армады. В трюмах и на палубе стояли советские солдаты в спецобмундировании. Шепот, последние обмены пожеланиями, бойцы, готовясь к высадке, поспешно натягивали защитные костюмы – брюки-сапоги, поправляли оружие, проверяли боеприпасы, укрепленные высоко на спине. Сформированный из самых лучших солдат-пехотинцев батальон находился в напряженном ожидании предстоящей операции.
Корабли замедлили ход, на воду спустили шлюпки. Десантники рассаживались на них, энергичными гребками шлюпки направлялись к берегу. Примерно в 50 метрах от суши советские десантники прыгали в ледяную воду и вброд направлялись к побережью. Ни единого слова, только плеск воды о резину защитных костюмов да скрип гравия под ногами. Сумеют ли они захватить немцев врасплох?
Два отделения 3-й роты батальона Хоншильда были подавлены, однако шум боя привлек внимание. Вскоре десантниками был окружен командный пункт Берлина. Немцы заняли круговую оборону. 3-я рота Хоншильда организовала оборону побережья на северо-восточном направлении. Вступила в бой расположенная юго-западнее морская батарея. Орудия вели огонь попеременно по полосе высадки и по судам, которые отчетливо видны в свете осветительных ракет. Два десантных корабля потоплены, остальным (в том числе двум поврежденным) удалось уйти в открытое море. Высадившиеся советские солдаты штурмовали крутой берег в расчете подавить батарею. Сотня их упала вниз с поросшего буком и перетянутого проволочными заграждениями откоса.
Какова же была обстановка в штабе боевой группы «Побережье»? Около 03:30 стали слышны артиллерийская канонада, пулеметные и автоматные очереди. Штурмбаннфюрер Энгельхардт с группой в 50–70 человек охраны штаба спешно прибыл в Аугу на побережье. Там уже вступила в бой с противником боевая группа батальона Хоншильда. Но никто точно не знал, что, собственно, произошло.
Между тем генерал-майор Крюссинг в ходе телефонных разговоров выяснял обстановку. Штаб боевой группы Берлина, окруженный в Мерекюла, запрашивал помощь. Два отделения 3-й роты Хоншильда словно испарились; командный пункт роты отбивал атаки врага с запада из района Мерекюлы. Крюссинг поднял по тревоге резервные подразделения батальонов Хоншильда и Шнайдера. Возвратившийся к командному пункту штурмбаннфюрер Энгельхардт установил связь с разведывательным батальоном дивизии «Нордланд», расположенным в селении Пухкова. Принимались соответствующие меры для обороны. Штурмбаннфюрер Энгельхардт, который хорошо знал местность, бросил в бой у Мерекюла две боевые группы по 50 бойцов из резервных рот Хоншильда и Шнайдера, а также взвод 20-мм зенитных орудий. Еще затемно – на часах около 05:30 – эти силы вышли к Мерекюла и установили связь со штабом боевой группы Берлина. Теперь высадившиеся силы Советов оказались между береговой батареей, командным пунктом группы Берлина и резервом моряков. Едва рассвело, когда корветтен-капитан Хоншильд принял командование немецкими силами у Мерекюла.
Около 09:00 высадившиеся советские подразделения были атакованы подоспевшими силами немцев. С северо-востока подошел штурмбаннфюрер Энгельхардт с тремя танками и 30 пехотинцами. С юго-востока наступали подразделения разведбатальона дивизии СС «Нордланд» c полугусеничными бронетранспортерами SdKfz 251/9, вооруженными 75-мм пушками, 5-й роты. Одновременно в воздухе появились 12 немецких пикирующих бомбардировщиков. Поползли слухи о том, что Мерекюла уже захвачена русскими. Два пикирующих бомбардировщика начали атаку. При этом были потери и среди своих. Вовремя выпущенные осветительные ракеты дали пилотам возможность различить, где немцы, а где русские. Остальные 10 пикирующих бомбардировщиков улетели.
К 10:00 окончательно выяснилось, что десантная операция не удалась. 300 человек убитых были рассеяны по всему полю боя. 200 советских солдат захвачено в плен.
#Вся тяжесть обороны легла на плечи немецкой морской батареи западнее Мерекюла. 75 человек русских попытались скрыться в лесах, но их схватили. На счастье немцев, все телефонные линии связи работали бесперебойно, именно благодаря этому и удалось вовремя принять контрмеры. Русские не заметили протянутых по ветвям деревьев проводов.
В ходе осмотра места боя был обнаружены тела еще 50 погибших русских – когда начался отлив. Что произошло с ними? Скорее всего, они просто оступились в воде или же были ранены. А вооружение и снаряжение утащили их на дно Балтики11.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.