***
Осмелившись убрать руку от уха, Луя увидела на своей ладони кровь. Паника не поработила её разум, в случае чего чудотворная Милона запросто сможет излечить их покалеченные уши, но терпеть далее этот звон оказалось невозможно. Стоило бежать в гильдию сразу же, когда они, сидя на берегу озера, услышали необычное шипение, создавшее давление в ушах. Но теперь было уже поздно, оставалось только терпеть и ждать, когда всё закончится, либо просто принять свою незавидную участь. Луя осмотрелась по сторонам, с окружающей местностью происходили удивительные преображения далеко не в лучшую сторону. Их больше не окружала высокая трава, здесь вовсе не было никакой растительности, а вода из озера словно испарилась, обретя тёмные очертания под новым грязным небом. Беланда всё также лежала рядом, схватившись за свои уши, она кричала, закрыв глаза, но Луя видела, что боль и страх у неё являлись больше панически, нежели телесными.
– Держись, Беланда! – рыжая наёмница взяла подругу за руку, она понимала, что девушка не услышит её слова, но таким образом она пыталась успокоить саму себя, – Сейчас всё закончится! Главное – держись!
Беланда продолжала корчиться от боли, своей рукой она плотно удерживала целительный медальон у себя под платьем. Похоже, что Луя не ошиблась, происходящее терзало душу девушки так сильно, что наёмница вряд ли может представить подобные муки. В конце концов, мир вокруг окончательно преобразился, перестал быть похожим сам на себя, тёмный туман с невероятной скоростью рассеивался по округе, уже успел поглотить всю их деревушку. Луя крепко обняла подругу, приготовившись к слиянию с этим кошмаром, но внезапно она почувствовала, словно часть её сущности потянулась куда-то вниз. Толчок оказался очень болезненным, наёмница схватилась рукой за грудь, воздуха не хватало, она начала задыхаться и судорожно царапать себе шею, из-за чего даже порвала тонкую цепочку своего медальона, отшвырнув его в сторону. Что-то так и продолжало вырываться из её тела, пока под двумя девушками не растворилась сама реальность. В следующую секунду они уже падали в абсолютной пустоте, наблюдая за тем, как некая трещина с грязным небом постепенно затягивается на фоне чернеющего нечто, пока не пропала окончательно. Луя вновь почувствовала удар изнутри, всё это время она старалась не выпускать из объятий Беланду, а в следующее мгновение этот неизвестный мир преобразился новыми красками. Ей выпала честь как можно детальнее изучить то место, где им пришлось оказаться, но злополучное падение и последующий удар головой о что-то твёрдое, окончательно отложил данную возможность на потом.
***
– Да хранит нас всех Создатель, – вот уже целую минуту Монго не находил в себе сил сдвинуться с места, ошарашенно глядя в сторону, где раньше находилась гильдия, – как такое вообще возможно?
– Ты задаёшь такие вопросы, после пережитого в Шаркае? – состояние Декарна мало чем отличалось от Монго.
– Кто-нибудь из вас объяснит мне, что эта за чертовщина? – спросила у них Канан.
– Нечего объяснять, – покачал головой Декарн, – просто моя гильдия окончательно стала костью в горле у очень плохих господ. Они пошли на радикальные меры.
Много лет прошло с тех пор, как Декарн приобрёл в свои владения эту удалённую от городской суеты землю, где он вместе с Даркли тридцать лет назад построил поместье, ставшее домом для заблудших душ. Эти края Декарн помнил ещё когда был совсем мальчишкой, именно здесь начался его долгий жизненный путь и становление великим чародеем. За триста с лишним лет в этом месте ничего не потерпело значительных изменений. Но теперь не было никакого леса, никаких холмов, озера и самое главное – никакой деревни. Будто бы кто-то зловещий просто взял и вырвал отсюда кусок пространства, словно старую страницу. Колоссальных масштабов разрыв охватывал собой полусферу площадью около километра, порванное пространство источало тот самый тёмный туман, поглотивший гильдию. А в центре этого надрыва – абсолютная пустота, ничто, возвещающее об отсутствии всех законов пространства.
– Декарн, – Монго, не отводя взгляда от тёмной бездны, обратился к чародею, – наши ребята, они…
– Тише, Монго, – Декарн твёрдо призвал его замолчать, – я даже не хочу думать об этом! Они живы, так просто их не убить!
– Ты же сам это видишь.
– Если бы наш враг обладал способностью просто стирать само существование пространства в нашем мире – они бы таким же образом могли уничтожить Шаркай и не тратить силы на его осаду.
На данный момент старик был очень растерян. Одна мысль о том, что все его подопечные перестали существовать вместе с гильдией, доставляла ему сильную эмоциональную боль. Казалось, что он так близко подошёл к разгадке силы неведомого Подпространства, и огромными шагами продолжал двигаться в нужном направлении, но теперь всё это пошло крахом. Перед ним находилось нечто, на которое он с трудом мог найти хоть какое-то объяснение.
– Это расслоение, – заключил Декарн, – но весьма необычное.
– О чём ты? – Монго по-прежнему таращился на разрыв удивлёнными глазами.
– Вспомни Шаркай. Мы видели, как два измерения, наше и враждебное, просто соприкасались между собой мостами расслоений, прокладывая прямой путь друг в друга. То, что я видел в Шалфее, очень похоже на описанное. Вот только там Подпространство равномерно распространяло своё влияние в наш мир. Могу предположить, что это было связано с постепенным расслаиванием реальностей, прямо как это сейчас происходит в Анте… То, что мы видим перед собой, и вовсе не поддаётся никаким правилам, встречавшимися нами ранее. Деревню словно силой вырвали из Междумирья.
– Вырвали куда?
– Она провалилась в это ваше Подпространство, – неожиданно изрекла Канан, – вы клоните к этому? Я плохо разбираюсь в магических науках, но я умею внимательно слушать и делать выводы.
– Всё верно, Канан, – подтвердил Декарн, – наши друзья оказались в чужой реальности без возможности выбраться назад.
– И куда меня угораздило вляпаться, – со страдальческим выражением лица сказала девушка, – может быть мне кто-нибудь объяснит, что такое Подпространство и расслоения реальностей?
Вряд ли Декарн собирался отвечать на этот вопрос, ведь все его мысли были заняты тем, что пытались как можно скорее разыскать выход из сложившейся ситуации. Впервые за долгие годы ему захотелось выругаться, но в этом его опередили.
– Вашу мать! – прозвучал голос со стороны тракта, ведущего к столице, – Чтоб я сдох!
Кто бы мог подумать, что в самом начале данной истории выходцы гильдии начнут возвращаться к дому, которого не оказалось на своём привычном месте. На дороге стояли мужчина и девушка в необычных для Княжества одеждах из гладких звериных шкур. Виктор и Элина закончили свой поход с дальних земель и благополучно вернулись в Княжество. Быстро осмотрев наёмника, Декарн обнаружил на нём малоизвестные приспособления такие, как небольшой топорик на поясе, висящий звериный череп, острые кости на запястье и костяной нож. Теперь он больше похож не на гильдийского наёмника, а на дунгатанского варвара. Элина мало чем отличалась от спутника, разве что не блистала таким количеством оружия, за исключением пращи у себя на поясе. Они замерли на месте, перестали обращать внимание на старика и его подручных, всё внимание было устремлено в чернеющее нечто, находящееся на месте гильдии.
– Ты даже не представляешь, как я рад снова тебя видеть, – непривычным жалобным голосом сказал Декарн, – у нас большие проблемы.
– Серьёзно?! – не сдержался Виктор, – А я-то думал, что вы просто решили сделать серьёзную перестановку. Надоел западный холм, и ты решил от него избавиться?
– Сейчас не до шуток, Виктор! На нас напали, совершили диверсию и все наши друзья сейчас…
– В Подпространстве, – наёмник смог удивить старика этим умозаключением, – я уже догадался.
– Откуда ты знаешь про Подпространство?
– Мы теперь многое знаем, но похоже, что разговоры по душам и под кружечку пива придётся перенести на неопределённое время. – он тяжело вздохнул, помассировав висок, – Может быть расскажешь, как ты умудрился довести гильдию до такой задницы? Как произошло такое, что мы возвращаемся домой, а нас встречает разорванный Левенхет, старый самовлюблённый старик, какой-то квигон-переросток и…
Он замолчал, когда внимательно рассмотрел высокую девушку, стоящую рядом с ними. Её присутствие вызвало удивление лишь немного меньшее, чем при их прибытии. Эти тёмно-голубые глаза он запомнил на всю свою жизнь.
– Канан? – наёмник наконец назвал её имя, – Это ты?
– Привет, Виктор, – девушка помахала ему в ответ, с трудом выдавив лёгкую улыбку, – много лет уже прошло.
– Погодите-ка, – заметно заволновалась Элина, – Канан? Та самая?
Пока молодая троица пребывала в смятении от неожиданных встреч – Декарн шёпотом обратился к Монго.
– Довольно неловкая ситуация. Надеюсь, до выдёргивания волос у них не дойдёт.
***
– Все целы?! – изо всех сил закричал Сантилий, выбравшись наружу из здания гильдии, – Отзовитесь те, кому нужна помощь!
– Заткнись, синеволосый! – закричал в ответ ему Баркас, лежа на земле, где он по-прежнему сжимал Килли и Кусю в своих объятиях, – И без твоего ангельского голоска уши разрываются!
Всеобщие страдания закончились, жуткий звон прекратился, и все наёмники принялись выбираться из своих укрытий, чтобы увидеть частью какой истории вновь заставила стать их судьба. Двери жилища Даркли распахнулись, оттуда вышел чародей с окровавленными ушами, помогающий передвигаться своей жене Герле. Девушка пребывала в шоке от пережитого. Практически такая же картина сложилась при появлении Шимея, вот только наёмник вышел на улицу один, чтобы убедиться в отсутствии опасности, а уже потом выкалил во двор свою возлюбленную Айсу на деревянной коляске. Хуже всех досталось Малии, исхудка ненадолго потеряла сознание на веранде возле пруда, но ей повезло, что всё это время рядом с ней находился Марк, сумевший привести её в чувство. Сам юный чародей стойко перетерпел боль, и оказался единственным, чьи уши не кровоточили от сильного напряжения. Энсфи сидела рядом с Минасом около яблоневого дерева, она пыталась оценить состояние юноши, который по-видимому частично лишился слуха, но его чудотворная кровь вскоре должна привести его в норму. Когда во дворе объявились Ильва и испуганная Хельми, вцепившаяся своей спутнице в руку, все жители деревушки оказались в одном месте, где им удалось оценить новые пейзажи их привычного дома. Они узнали знакомый восточный холм, за которым скрывался тракт, ведущий прямиком до столицы, узнали лесистый кусок земли к северу от поселения. Но всё это выглядело иначе.
– Мы все погибли, – заключил Сантилий, вытирающий кровь с ушей, – и попали прямиком в ад.
– Шутки сейчас неуместны, братец, – рядом с ним на пороге стояла Фарти, её регенерация уже восстановила травму, и девчонка выглядела бодрее всех остальных.
– А иначе как ты объяснишь вот это?
Вокруг воцарился мрак. Из-за тёмных туч, напоминающих размазанные чернила на грязно-рыжем небосводе, невозможно точно определить день сейчас или ночь. Благородный дремучий лес, берущий своё начало у северной окраины деревни, теперь представлял собой скопление голых кривых деревьев со сгнившей корой и сетью багровых корней, окутавших собой всю территорию леса. Вокруг виднелась только засушливая потрескавшаяся пустошь с редкой чёрной травой, а весь двор гильдии был усыпан завядшей растительностью, которая лишилась своих жизненных сил, попав в это ужасное место. Деревню будто бы вырвали с её привычного места, насильно сделав частью жуткой реальности. Они и впрямь попали в глубины самого ада.
– Как ты себя чувствуешь? – Марк помог Малии сесть на скамью веранды.
– Уши болят, – ответила исхудка, она не могла привести в норму свой взгляд, чувствуя сильное недомогание, – и тошнит… Марк, у меня сильно тянет в животе.
– Чёрт возьми. Я позову Милону.
– Не нужно, – чародейка уже подбежала к веранде.
Её ладони засияли солнечным светом, она прислонила их к пострадавшим ушам Малии, и уже через десять секунд слух исхудки нормализовался, а травма была устранена. При этом самочувствие девушки пришло в норму лишь отчасти, она по-прежнему держалась за живот и корчилась от нарастающей боли.
– Жду всех у веранды! – громко прокричала Милона, – Нужно срочно исцелить пострадавших!
Пока чародейка занималась ушами своих товарищей – Флуко отыскала дочь, до сих пор находившуюся в руках Каила-Бони, благодаря которому девочка пострадала лишь отчасти. Она со слезами на глазах схватила Нану в крепкие объятия, оценив её умеренное состояние, малышка отделалась шоком и небольшой струйкой крови из правого уха. Всего этого нельзя было сказать о Каиле. Наёмник с трудом слышал происходящее вокруг, ведь его уши полностью оставались без защиты, а кровь измазывала даже шею. При взгляде на него у Флуко вновь выступила слеза.
– Спасибо, тебе, – второй рукой она обняла наёмника, прижавшись своим лбом к нему, – спасибо, Каил.
– Нихрена не услышал, но могу предположить, что это слова благодарности. Нану нужно показать Милоне.
– Конечно, – согласилась Флуко, взяв наёмника за руку, – пошли к веранде, она поможет вам обоим.
Благодаря силе светлой чародейки, уже через десять минут все жители деревушки пришли в себя, надеясь забыть пытку, что им довелось пережить. Светлые чары запросто разбирались с пострадавшими перепонками, не оставляя на них ни единого следа недавних ран, при этом Милона тратила минимум своих чудотворных сил. От одного наёмника она быстро перемещалась к другому, хватая их светящимися ладонями за голову, даруя желаемое облегчение, и страшно представить, что бы произошло с ними, если бы чародейка отсутствовала в гильдии. Последним пациентом Милоны был Даркли, пока она восстанавливала его уши – Имперец уже вернулся с окраины деревни, принеся остальным неутешительные известия.
– Ну что там? – спросил Сантилий, встретивший лучника, – Отыскал?
– Нет, – мотнул головой наёмник, – ни Декарна, ни Монго, ни черноволосой нигде нет. Они словно испарились.
– Ты уверен, что они уходили именно в ту сторону?
– Уверен. Я сам видел, как они отправились туда на поиски источника звука. Теперь там жуткие пустоши, вдали, в километре от деревни, стоит граница некой пепельной бури, но Декарн вряд ли ушёл бы так далеко.
– Неужели настал тот самый день, – усмехнулся Каил, сидевший на пороге веранды вместе с Флуко и Наной, – спустя три сотни лет высшие силы приказали старику вечно жить.
– Нет, – не согласился спокойный Даркли.
– Так сильно веришь в своего любимого старичка?
– Декарна, Монго и Канан здесь нет по другой причине. Они остались в Междумирье.
– Что значит «остались в Междумирье»? А мы куда все угодили?
– Похоже на рассказы Декарна и Монго. Гильдия попала в Подпространство нашего мира.
– Очень интересно, – кивнул Каил-Бони, – а главное, что всё очень доходчиво.
– Даркли прав, – взял слово Шимей, стоявший рядом с коляской Айсы, – это место очень напоминает то, что творилось, когда мы спровоцировали разрыв реальности в Шалфее. Округа стала тёмным отражением привычного нам места.
– Бред.
– Милона и Беланда могут подтвердить.
– А где Беланда? – осмотрела присутствующих Ильва, – Кто-нибудь её видел?
– В гильдии пусто, – сказала Фарти, – я осмотрела все комнаты.
– И Луи нет, – Айса заметила отсутствие подруги.
– Ну вот, – вздохнул Каил, – минус пятеро.
– Замолчи, идиот! – выругалась Милона, – Нам сейчас только упаднических настроений не хватает! Если Даркли прав, и Декарн с остальными остался в Междумирье, то Луя с Беландой сейчас там же.
– Э, можно взять слово? – Шила с непривычной для себя застенчивостью подняла одну и рук, держа две остальные у себя за спиной, – Я видела, как Беланда отправилась к озеру.
– К озеру? – спросил Сантилий, – И что она там забыла?
– Не поверишь, Сантилий, но я, по сути, задала ей точно такой же вопрос, но в несколько ином виде. Было бы странно, если бы я посмела так грубо разговаривать с кем-либо из вас. Вы же мои первые друзья за всю мою счастливую жизнь…
– Шила, давай ближе к делу.
– Хорошо. Она сказала, что хочет узнать как у Луи дела. Наверное, наша вторая подруга тоже находилась там.
– Берег в двухстах метрах от деревни, – задумался Граф, – будем надеяться, что они не угодили в эпицентр разрыва реальностей. Я проверю.
Скинув с себя просторную рубаху и штаны, Граф очень быстро перевоплотился в чудовище. Его передние конечности деформировались, став невероятно мощными и большими, кожа стала серой, полопалась во многих местах, заставив плоть кровоточить, а оскалившаяся морда теперь содержала мало человеческих черт. Фридас зарычал то ли от боли, то ли из-за звериных инстинктов и могучим прыжком оказался за территорией двора и вскоре скрылся за ближайшим холмом, где находилось озеро. Пока остальные наёмники раздумывали над своими дальнейшими действиями – никто не обратил внимания на испуганный взгляд другого оборотня по имени Хельми, лишь недавно ставшей частью их небольшой общины. И только Ильва заметила беспокойство на лице той, над кем твёрдо решила взять опеку в конце прошлого года.
– Хельми, – обратилась к ней Ильва, – ты до сих пор напугана?
Тёмно-серые глаза девушки были направлены высоко в небо, на восток от гильдии, она даже не стала реагировать на обращение Ильвы, которая в самый последний момент разглядела ужас в её взгляде. Вместо ответа Хельми указала трясущимся пальцем в небо. Увидев, что именно там заметила девушка, Ильва с трудом сдержала крик. Высоко-высоко, среди пепельных облаков, кружащихся в свирепом водовороте, продолжающим размазывать краски грязного неба, за гильдией наблюдало нечто. Огромный глаз размером с целую луну завис где-то очень далеко, его багровый зрачок постоянно двигался, изучая новую находку в своих владениях. Казалось, что этот пугающий взгляд пристально разглядывал каждого наёмника, вгрызался в душу. Похоже, что шутки закончились, над гильдией действительно нависла колоссальная угроза. Сначала некоторые из собравшихся, в особенности Бракас и Каил-Бони, восприняли неведомое существо в небе за обыденное явление для этого мира, вот только когда каждый из них посмотрел в этот кровавый глаз – мнение сразу же изменилось. Наёмники чувствовали, как зловещий разум начинает окутывать их сознание, ощущали чужое присутствие внутри. Существо словно проникало в мозг и саму душу, становясь их неотъемлемой частью и пытаясь вырвать любую жизненную силу смертных, за какую только сможет уцепиться. Вряд ли кому-то может понравиться, когда они перестают являться единственными хозяевами собственного тела, поэтому с болью в голове, но наёмники отводили свои взгляды, пытаясь избавиться от чужого влияния. Убедившись во враждебности небесной сущности, Каил поспешил закрыть Нане глаза, чтобы уберечь ребёнка от новых пыток, но, похоже, что существо потеряло к гильдии пристальный интерес. Кровавый зрачок уменьшился, виднеющиеся сосуды на белке стали с трудом различимы, но при этом гигантский глаз не исчез, а продолжил следить за деревней. Оно успело заглянуть в душу каждого, именно такой вывод мысленно сделал Даркли.
– Папа, страшно, – Бракас впервые за семь лет услышал подобные слова от дочери.
– Не смотри туда, Куся, – он отвернул девочку, сильнее прижав к себе, – эта хренотень и меня с ума сводит.
– Даркли, что можешь сказать об этом? – обратился к чародею Сантилий.
– Кто бы это ни был, но он является частью той силы, что распространяется здесь повсюду.
Чародей уже использовал магическое зрение, приложив ладонь к глазу, и изучал волшебное пространство этой реальности. Ничего подобного нельзя встретить в Междумирье, так как все потоки здесь отличались от привычного чистого волшебства, заполоняющего собой всё пространство. Некая грязная сила измазывала собой всё Подпространство, и здесь не нашлось места для привычного волшебства, лишь искры Даркли, Милоны и Фарти являлись единственными источниками чистой магии в этом гиблом месте. И посреди всего этого кошмара находился тот самый глаз, переполненный местной магией, выглядящий как хранилище колоссального количества силы, ярко выделяющийся на фоне огненных небес.
– Ещё скажи, что эта тварь – что-то вроде местного недоделанного божества, – усмехнулся Бракас, – как по мне, от нас она заслуживает не страха, а хорошего заклинания в своё моргало! Давай, Даркли, уже давно нужно его поджарить!
– Вот поэтому, Бракас, ты всегда впутываешь остальных в неприятности. Глаз слишком далеко. К тому же мне кажется, что он вовсе нематериален.
Кровавый зрачок расширился вновь, существо в очередной раз приковало своё внимание к гильдии. Причина стала известна уже через пару секунд, когда самоцветы на кольцах всех наёмников засияли в унисон. Невиданных масштабов толчок раздался из недр земли, сравнимый со слабым землетрясением. Все, кто в этот момент стоял на ногах, попадали на землю, другие крепче схватились за ближайшие опоры, и на этом тряска не окончилась. Подземные толчки продолжили увеличивать свою мощь, создавалось ощущение, что прямо сейчас земля разверзнется и оттуда выберется нечто гораздо страшнее того, что застыло среди облаков. Хорошо, что при строительстве Декарн и Даркли учли подобный исход событий, поэтому фундамент здания выдержал, и оно не обрушилось при первом малейшем землетрясении. Но зачарованные камни могут не выдержать дальнейших событий, и Даркли это прекрасно понимал.
– Трекходрон! – воскликнула Фарти.
– Только не это! – Даркли сорвался с места, стараясь устойчиво бежать по поверхности растрескавшейся земли, в надежде добраться до здания гильдии.
– Дорогой, постой! – крикнула ему вслед Герла, устремляясь за мужем, – Куда же ты?!
– Я должен его остановить!
С трудом, но чародей всё же добрался до входных дверей, к этому моменту толчки стали немного слабее, но это лишь небольшая передышка перед основной бурей. Необходимо использовать каждую секунду, чтобы спуститься в подземелье. Внутри всё пошло своим ходом, стулья и столы двигались и переворачивались, посуда билась о деревянный пол, с потолка сыпалась пыль. В какой-то момент одна из опорных балок треснула, из-за чего Даркли пришлось применить заклинание телекинеза, чтобы избежать дальнейшего обрушения и уберечь супругу, следующую за ним.
– Герла, вернись к остальным! – строго потребовал от неё Даркли.
– Остальные уже здесь! – внутрь вошёл Каил-Бони вместе с другими наёмниками, – Снаружи сейчас опасностей не меньше! К тому же девчонке стало хуже!
Среди вошедших был Марк, на руках которого лежала Малия. Исхудка корчилась от боли, её лицо искажалось в самых разных гримасах, но при этом она старалась сдерживать крик. Всему виной была её беременность, а пережитое никак не могло не отразиться на её состоянии.
– Марк, – обратилась к мальчишке Милона, – быстро неси её в лазарет! Малия, дорогая моя, скажи, что именно у тебя болит?
Вместо ответа последовал крик.
– Ребёнок! – наконец ответила Малия, – Он толкается!
– Только этого не хватало! У неё начались схватки!
– Займись ей, – скомандовал Даркли и продолжил свой путь по трясущему полу до спуска в подвал, – я должен позаботиться о гильдии. Декарн не простит мне, если его защитные заклинания не переживут эту историю вместе с нами.
– Что ты собрался делать? – спросила у него Фарти.
– Нужно усмирить его, пока врата всё ещё держатся, – он распахнул свою мантию и выдернул и тела два клафировых осколка, бросив испачканные кровью кристаллы на пол, – я выиграю нам времени столько, сколько смогу. Надеюсь моих сил будет достаточно для того сдержать врата вместе с заклинаниями, что Декарн наложил на них.
– Твоя искра ещё слаба! – Герла схватила его за руку, не собираясь отпускать, – Ты же сделаешь себе только хуже, дурак! Прошу, давай просто переждём весь этот кошмар!
– Если я останусь здесь – нам всем придёт конец, – как можно бережней он разжал пальцы Герлы, а затем провёл своими пальцами по её белым волосам, – всё будет хорошо, родная. Я не говорю тебе «прощай».
Чародей быстро отворил дверь и устремился вниз по ступеням, пока не оказался перед запертым железным входом. Времени на поиск ключа не оставалось, поэтому синяя вспышка вылетела из пальцев Даркли, проделав дыру на месте замка, но на этот раз вход отворил кое-кто другой.
– Держите его! – прозвучал голос Даркли из подвала, – Не дайте уйти!
В следующее мгновение из темноты подвала выскочила безглазая тварь, что всё это время находилась закованной в цепях в подземелье Декарна, где старик провёл много дней и ночей в изучении существа из враждебной реальности. Казалось, что ни одно чудище не сможет разорвать зачарованные стальные цепи, но сегодняшний день полон неожиданностей. Визжащая тварь стояла прямо перед ними, её руки и ноги до сих пор обвязаны цепями, звенья которой были грубо разорваны. Но не этот факт стал причиной всеобщего негодования.
– Его рука, – Шимей призвал обратить всех внимание на конечность врага.
Раньше на месте одной из его рук находился лишь короткий обрубок, что Виктор оставил ему в Шалфее. Теперь же рука снова находилась на месте, а сама тварь стала сильнее, чем прежде, раз уж смогла разорвать большое количество зачарованных цепей. Увидев множество вооружённых врагов, существо завизжало с ужасной силой, заставив слух наёмников болезненно вспомнить недавно пережитые события. Оно оскалило свою зубастую пасть и пыталось пробиться к выходу из здания, оттолкнув своей сильной рукой Герлу, но точный удар Каила-Боин по ноге заставил существо немного подкоситься. Из-за боли визг снова оглушил присутствующих, но всё же враг не собирался сражаться, его единственным желанием было выбраться из гильдии и избежать нового плена, однако ещё никому не удалось убежать от судьбы. Мертвец Галтрис оказался рядом с тварью в тот самый момент, когда она по столу уже почти добралась до середины общего зала. Сарфитовый клинок запросто перерубил крепкие ступни чудовища, а когда оно упало на колени прямо на столе, то он довершил дело, отточенным движением снеся оскалившуюся голову. Бледная волосатая часть тела вместе с куском тёмного капюшона покатилась вперёд, пока не упала на пол. Тело больше не подавало признаков жизни, а спустя некоторое время, все наблюдали за тем, как останки чудища принялись рассыпаться в прах, быстро рассеявшийся по зданию из-за продолжающихся подземных толчков.
– Даркли! – Герла поднялась и собиралась побежать в подвал, но голос мужа остановил её.
– Я цел! Позаботьтесь о защите гильдии, пока я сдерживаю Трекходрона! И ни в коем случае не спускайтесь ко мне! Разрушение защитных чар высшей магии способны убить любого, кто окажется рядом!
Даркли никогда не обладал способностью успокоить или подбодрить кого-либо, так как привык всегда называть вещи своими именами, поэтому от слов своего мужа Герла занервничала ещё больше. Пока гильдия продолжала сотрясаться, а снаружи каждый попадал под пристальное внимание загадочного небесного глаза – назад вернулся полуголый Граф, уже успевший перевоплотиться в человеческий облик.
– Где Луя и Беланда? – задал ему вопрос Сантилий, – Ты нашёл их на озере?
– Там никого нет, – Граф пытался застегнуть свою рубашку, но из-за тряски и собственной неуклюжести имел неосторожность упасть на пол и удариться локтем о маленький столик.
– Прошу тебя, только не убейся! Чую, что твоя звериная задница нам ещё понадобится. Будем надеяться, что Луя и Беланда и впрямь избежали нашей участи.
– Боюсь, что это не так, Каил, – Граф поднялся с пола и положил на стол гильдийский медальон в виде княжеской розы, что он нашёл на берегу озера с разорванной цепочкой.
***
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.