«1984» adlı sesli kitaptan alıntılar, sayfa 13

девушка лет двадцати семи, с густыми короткими волосами, веснушчатым лицом и стройной подтянутой фигурой. Узкий алый кушак, символ Молодежной антисексуальной лиги, несколько раз обвивался вокруг линии талии поверх форменного

adoration, and Big Brother seemed to tower

the overfulfilment of the Ninth Three-Year Plan. The telescreen received and transmitted simultaneously. Any sound that Winston made, above the level

Как это ты не видишь, что у Новояза одна цель: сузить мыслительный процесс? В конце концов мы сделаем мыслепреступление практически невозможным, потому что не будет существовать слов, с помощью которых можно будет выразить его смысл

войны можно было выиграть или проиграть

. С того момента, как первая машина появилась на свет, всем мыслящим людям стало ясно, что потребность в человеческом тяжелом труде и, следовательно, также в человеческом неравенстве отпала. Если бы промышленность использовали специально для этой цели, голод, переутомление, грязь, неграмотность и болезни можно было бы искоренить в течение нескольких поколений. И на самом деле, просто с помощью автоматического процесса – производя богатство, распределяемое между всеми в более-менее равной степени – машина действительно очень сильно подняла уровень жизни среднего человека на рубеже девятнадцатого и двадцатого веков. Но также было ясно, что всестороннее увеличение богатства угрожает ослаблением – и в некотором смысле даже разрушением – иерархического общества. В мире, где каждый работал всего несколько часов в день, имел достаточно еды, жил в доме с ванной и холодильником и владел автомобилем или даже самолетом, самая очевидная и, возможно, самая важная форма неравенства уже была упразднена. Став общедоступным, богатство не давало никакого различия.

Свобода – это свобода заявить, что два плюс два равно четырем. Если это обеспечено, все остальное приложится.

Последствия – неотъемлемая часть любого поступка.

Почти все уродливы, и синие комбинезоны тут ни при чем: этих людей как ни одень, уродами и останутся.

Вся история была словно написана карандашом, она стиралась и переписывалась ровно столько, сколько было необходимо.