– Заткнись, Алексей!!! – резко огрызнулась девушка. – Мы будем копаться в грязном белье или попытаемся разобраться, что происходит в нашем городе? Вырезали всех пациентов и персонал больницы, буквально выпотрошили их, а вы херней маетесь!
– Он больше не полицейский, – успокоившись, тихо отреагировал Кобелев.
– Он главный свидетель! – парировала Пушкина, – а как бывший служитель закона и неплохой следователь, он поможет нам разобраться в сложившейся ситуации.
* * *
Очередное воспоминание катком прокатилось по сознанию Антона. Пятнадцать лет назад. Дождливая ночь. Изредка где-то вдалеке сверкали молнии и грохотал гром. Перекрытый силовыми структурами с двух сторон небольшой мост, соединяющий поселок городского типа Ордынское и поселок Чернаково в Новосибирской области. Толпы людей собрались с обеих сторон моста в эту беспокойную ночь. Полицейские оцепили территорию и следили, чтобы никто из зевак не помешал ходу операции. Из множества полицейских только двое стояли на краю моста. Недалеко от них крепкого телосложения мужчина, прижав к себе девушку, махал оружием и угрожал убить ее. Холодное дуло пистолета нервно дергалось возле виска Ирины. Еще чуть дальше, на крыше автобуса, стоял ещё один здоровяк. Его тело было обмотано скотчем с закрепленной взрывчаткой. Он держал самодельный пульт в руке, и намеревался нажать на кнопку. Третий мужчина, как и первый, прикрываясь заложником, контролировал другой конец моста. У всех троих бандитов лица были скрыты под балаклавами. Между ними стоял автобус, оттуда высыпались гражданские, со страхом наблюдая за происходящим. Никто из них не рискнул спрыгнуть в воду, так как испугались предупреждений террористов о том, что они взорвут автобус, если заметят с их стороны подозрительные действия. С каждой секундой напряжение нарастало, бандиты явно нервничали, требуя переговоров с важным чиновником. Пронин и Кобелев стояли напротив террориста, который держал Пушкину в заложниках. Они были вооружены и готовы открыть огонь на поражение.
– Антон! Сможешь убрать его? – тихо спросил Алексей.
– Я не буду рисковать Ириной! – отверг Антон.
– Она знала, на что идет. Послушай, у них примерно пятьдесят гражданских!
– Ты предлагаешь убить его, и вместе с тем похоронить заложников?
– Я ничего не предлагаю, но нужно решать.
– Нужно дождаться капитана! То, что произошло в магазине, здесь не прокатит, – Антон попытался образумить напарника, и положил руку ему на плечо.
– Антоха, она и мой друг тоже, но нужно принимать решение, – не унимался Алексей, – они просто так не сдадутся, да и начальство не торопится. Плюс ко всему, этот уже начал нервничать. Они здесь скоро все взорвут к едрене фене! И нас вместе с ними.
– Нужно продолжать вести с ними диалог, пока не подъехал переговорщик со штабом!
– Мы уже провели переговоры! – разозлился Алексей. – Вон, полюбуйся, что из этого вышло, – указал он на барахтающуюся Пушкину в объятьях бандита. – Обойдутся! Группа работаем! – передал Кобелев по связи, и сбросил руку друга со своего плеча.
– Нет! Лёха!!!
Проливной дождь усилился, и с нагрянувшими звуками грома раздались выстрелы. Затем прогремел взрыв. Автобус вместе со смертником подорвался, и унес жизни всех заложников, силовики отделались легким испугом. Ирина чудом осталась жива, Антон четким выстрелом пробил голову бандиту, удерживающему ее. После трагедии на мосту Кобелеву удалось избежать наказания, сославшись на необратимую угрозу подрыва автобуса, Пронину же пришлось поддержать его версию. Данный случай во многом повлиял на решение Антона о переезде. Так, не проработав и года в местной полиции, разорвав все связи, кроме родственных, он перевелся в столицу. Информацию о происходящем в родном городе он получал от сестры. Пушкина и Кобелев продолжили работать вместе, но от их дружбы не осталось и следа.
* * *
– Антон!? Антон?! – голос Пушкиной выдавал волнение.
– Да! Что? – пришёл в себя тот.
– Да что с тобой происходит?
– Призраки прошлого, – усмехнулся Кобелев, просматривая какие-то документы.
– Угадал, засранец! – вытирая холодный пот со лба, подумал про себя Пронин. – Здесь есть еще какая-нибудь больница? – затем вслух спросил он.
– Это тебе не Москва! – раздраженно ответил Кобелев.
– Алексей! Успокойся! – произнесла Пушкина тоном, не допускающим возражений. – Нет, у нас только одна больница, придется тебе прописать восстановление в домашних условиях, – ответила она Пронину.
– Чего тогда мы ждем?
– Начальство, – коротко ответила та.
– Я только сейчас понял, что мы в скорой, – еще раз осмотрелся Антон.
– Пока да.
– Послушай Антон, а почему бы тебе не свалить обратно в свою берлогу, откуда ты вылез? – фальшиво улыбаясь, вставил Кобелев. – Мы здесь без тебя как-нибудь разберемся.
– Да пошел… – хотел было ответить ему Антон. Но тут двери машины открылись, и в салон вошёл руководитель местной полиции.
– Я не помешал? А то я смотрю, вся старая банда в сборе, – пожилой мужчина выглядел устало, но его взгляд был решительным. – Есть информация? Докладывайте!
Подполковник полиции Сергей Иванович Быстрикин! До сих пор в деле. Антон слегка удивился. Сколько лет прошло, а он не изменился. На работе, неофициально его зовут просто «Папа». Когда-то он был командиром специальной антитеррористической группы, но после некоего инцидента, группа была расформирована. Папа старается держать себя в форме, ходит в спортивный зал, но, так как он любит поесть, от этого проку мало. Подполковник со всей внимательностью выслушал показания Пронина и своих подчиненных, а затем о чем-то задумался. Повисла пауза.
– А этот, за кем ты гнался, ты говоришь, он тебя знает? – через некоторое время еще раз уточнил Папа у Пронина.
– Да, Сергей Иванович, и притом, как мне показалось, очень хорошо.
– Да мы сами справимся…, – попытался вмешаться Кобелев.
– Алексей, разберемся, ты не переживай, – спокойно ему ответил Папа. – Ну что ж, значит, так. Кобелев, Пушкина и гражданское лицо Пронин, – на последней фамилии подполковник сделал специальный акцент, – вы снова поработаете вместе.
– Предлагаете сотрудничество? – Пронин сосредоточено посмотрел в глаза Папы.
– А у тебя есть выбор? – вопросом на вопрос ответил тот. Ответа не последовало, и он продолжил, – Вот и я так думаю. Получается, ты каким-то образом со всем этим связан.
– Мы сработаемся, Папа, – вмешалась Пушкина, и пристально измерив взглядом своих новых напарников, добавила, – Снова…
– Ладно, скоро к нам пожалуют люди с большой земли, нужно быть в форме. Представляю, как завтра будут пестрить газетные заголовки и телевизионные новостные сводки, – подполковник тяжело вздохнул, – будете докладывать мне лично о продвижении расследования. Целая больница… У нас столько трупов в самых страшных статистических прогнозах не были прогнозированы, – озадачено покачал он головой, – в общем, в ближайшую неделю жду от вас только позитивных новостей. После этих слов подполковник встал и быстро ретировался.
– А нужно было с утра всего лишь забрать кольцо! В этом же не было ничего особенного, пустяковое дело, – вспоминая, проговорил вслух Пронин и закрыл глаза.
Уже семь дней Антона не беспокоили воспоминания. Его организм после недавних ночных событий в больнице быстро восстанавливался. Вкусная домашняя еда и здоровый сон делали свое дело. В один прекрасный день, в девять часов утра прозвенел будильник на мобильном телефоне. Антон нехотя открыл глаза, потянулся и сел на кровати. Болевые ощущения в области живота и грудной клетки почти исчезли. Но иногда, если Пронин совершал резкие движения, чувствовалось болезненное покалывание. Он встал на ноги, потянулся, и не спеша направился в ванную. Во время чистки зубов Антон призадумался. Зять постоянно приходил почти в полночь. Вчера он проследил за Артемом, когда тот вернулся поздно вечером домой с работы. Елена в это время уже спала крепким сном. Она рассказывала, что уже привыкла к задержкам мужа на работе, и не придавала им значения. О возможных изменах она не беспокоилась, так как доверяла своему любимому мужчине. Зато ему не доверял Антон, и, как вчера выяснилось, не зря.
Артем пришел с работы раздраженный, дерганый. Его глаза отдавали красноватым оттенком. Антон старался быть бесшумным, передвигаясь по темным углам дома. На кухне, когда зять размешивал чай с сахаром, Антон заметил у него тяжелое дыхание, и это сопение… было таким знакомым. Сначала Пронин подумал о неизвестной инфекции, захватившей Добрино, но отмел эту мысль, увидев, что Артем, как разумный человек поел и прошел в гостиную комнату, включив телевизор. Позже он заснул. Тихо пробравшись к столешнице кухонного гарнитура, Пронин обследовал чайные приборы, которыми только что пользовался Артем. Всё было в порядке, кроме серебряной чайной ложки с отметинами отпечатков пальцев зятя.
На следующее утро, умывшись и надев велосипедные шорты с майкой, он сел за свой прежний рабочий стол. Достал деформированную чайную ложку и стал с интересом ее рассматривать. От неожиданного стука в дверь, Пронин чуть не выронил столовый прибор из рук, но успел вовремя открыть ящик стола и бросить ложку туда. Дверь открылась, незваным гостем оказалась его сестра. Она всегда была нетерпеливой, поэтому долго ждать за дверью не смогла. Елена уловила движение Антона, когда тот торопливо закрыл ящик своего стола.
– Секретики?
– Да, – изобразил неловкость Антон, намекая на интимность данного секрета.
– Ага, – тут же оживилась Елена и села на край кровати. – Давай, – похлопала ладошкой она по матрацу, приглашая сесть рядом, – рассказывай, кто она? Я хочу знать все!
– А вот и не скажу, – подразнил ее Антон. – Но когда придет время, обещаю, ты обо всем узнаешь первой. Ты мне лучше скажи, почему моя сестра до сих пор не одета подобающе?
– Ладно, – подозрительно прищурилась Елена. – Можешь не говорить! А по поводу экскурсии на новый объект, у меня есть еще полчаса, – указала она на свои наручные часики.
– Тогда, зная сколько ты прихорашиваешься, у тебя полчаса, чтобы одеться, – слегка улыбнулся Антон.
Вышли они чуть позже, чем через полчаса, Елена забыла надеть велосипедный шлем, поэтому ей пришлось возвращаться обратно в дом. За время отсутствия сестры Антон выкатил велики из гаража и встал рядом с ними возле забора. Погода была солнечной и жаркой, но на горизонте маячили черные облака. Смахнув пот со лба, Пронин осмотрелся. С момента, когда он приехал сюда, людей действительно стало больше. Может быть, Пушкина была права, и народ просто начал возвращаться из отпусков домой. Да и полицейских патрулей в городе стало намного больше, можно сказать, неприлично много для такого скромного населенного пункта. Но все это – последствия недавней резни в местной больнице. Напомнив себе о цели прогулки, Антон начал продумывать план действий. Новый объект, который был построен на средства компании его отца, располагался недалеко от города. Именно там работал муж Елены. И пусть отец не был идеальным семьянином, главным наследником своего бизнеса он сделал единственного своего сына, а дочери оставил только дом. И Антон, основываясь на своих подозрениях и на правах владельца компании, решил осмотреть место работы зятя. «Что-то наши следователи не особо спешат делиться со мной своей информацией! Я же вроде бы как неофициальным сотрудником полиции стал», – думая про себя, язвил Пронин. А после вчерашнего полуночного наблюдения он предложил сестре посетить подведомственное учреждение теперь уже его компании.
Велопрогулка до нужного здания должна была длиться около двадцати минут, потом предполагалась экскурсия. Они медленно катились по тротуарам, осматривая новые строения и расположенные внутри открытые заведения. Пешеходы и патрули блюстителей порядка мешали им разогнаться до нужной скорости и ехать быстрее. Сухой штиль постепенно начал сменять ветер.
– Похоже, скоро начнется гроза, – заметила изменения погоды Елена.
– Ничего страшного, – поравнял свой велосипед с велосипедом сестры Антон, – успеем.
– Кстати, я слышала Настя приехала с дочерью, – Антон никак не отреагировал, и девушка продолжила: – Вообще она уже давно живет в Новосибе, но вот решила вернуться обратно в дом родителей. Говорит, встретила в самолете мужчину, очень похожего на кого-то из прошлой жизни, вот решила, так сказать, понастальгировать, приехать.
От услышанной информации руль в руках Пронина слегка вильнул в сторону. Но он вовремя сконцентрировался и вновь поравнял свой велосипед с велосипедом своей сестры.
– Да ладно тебе, бородатого она тебя точно не узнала, а вот ты как ее не узнал? Неужели она настолько изменилась? – скромно хихикнула Елена.
– Да уж, много лет прошло с тех пор. Не хочу ворошить прошлое.
– Как ты понял, мы до сих пор общаемся, поддерживаем связь, – подтвердила Елена и, не дождавшись реакции брата, добавила: – Но если ты не готов говорить об этом, я не буду настаивать.
Он кивнул в ответ, давая понять, что данная тема закрыта.
Свернув с шоссе на проселочную дорогу, Антон и Елена скатились на своих велосипедах с небольшого холма в лесок, расположенный рядом. Вскоре, следуя тропинке, они оказались в большом поле, заросшем травой почти в их рост.
– Как хорошо ты помнишь свое детство? – вдруг поинтересовался Антон у Елены.
– Хм, – задумалась девушка, – я в принципе помню немного, – слегка улыбнулась она. – Как давно это было… Сейчас в голову приходят только самые яркие воспоминания, среди которых есть и не самые радужные. А почему ты спрашиваешь?
– Да так, просто разные мысли приходят в голову, – решил не развивать тему Антон. – Не заморачивайся!
Елена пожала плечами, и наклонившись вперед к рулю, начала резвее проворачивать педали. Ее велосипед стал постепенно увеличивая скорость.
– Ну, что, – бодро воскликнула Елена. – Если уж ты спросил о детстве, давай вспоминать о тех временах только приятное?! Кто быстрее до папиной работы!? Может, ты в этот раз меня сможешь, наконец, опередить!?
Антон не запомнил, как он отшутился, как потом он гнался на велосипеде за сестрой, как они на большой скорости пролетели деревянный мост через мелкий пруд и чуть не свалились в воду. Все его мысли были еще в том моменте, где Елена вспомнила об этом глупом детском соревновании на велосипедах. Антон совсем не помнил этих прошлых веселых лет, как будто режиссер отказался от них их и вырезал при монтаже данного фильма.
Тропа, по которой мчались велосипедисты, была шириной около четырех метров, окружена высокой травой и с ухабистой поверхностью. Здесь в основном ходили трактора да грузовые машины. Немного подпрыгнув на очередной кочке, Антон все же сумел обогнать Елену и вырваться вперед. Через некоторое время показался финиш и окончание проселочной дороги. Стали слышны звуки проезжавших по шоссе машин. Пронину очень нравилось данное занятие, а особенно это чувство, которое он испытывал сейчас. Оно было для него чем-то новым, как в первый раз, как будто несколько десятков лет назад с Еленой ездил совсем не он, а другой неизвестный ему маленький мальчик по имени Антон. «Почему же я этого совсем не помню?», – озадачился он про себя. И вот, когда Антона до победы отделяли примерно каких-то шестьдесят метров, в просвете, где заканчивалась высокая трава, материализовался знакомый мужской силуэт. Безликий! Его ладони были сжаты в кулаки, а руки были уперты в бока, ноги расставлены по ширине плеч. Незнакомец показался Антону строгим. Обычно такой позой родители охлаждали пыл своих маленьких детей, когда те, по их мнению, начинали безобразничать. Но самым неожиданным для Пронина стало то, что недавно безликое лицо незнакомца понемногу приобретало очертания. Сначала проявился лоб, потом нос, губы, щеки и глаза. «Отец», – прошептал про себя Антон, узнав, наконец, таинственного призрака из своих воспоминаний. В его глазах резко помутнело, руки стали легкие как пушинки – в них не осталось сил. Руль вильнул в сторону, и Пронин на полном ходу скрылся в густой траве. Шлейф пыли из-под колес его велосипеда отчетливо отразил траекторию схода участника с дистанции.
– Антон!!! – закричала Елена, и зажала оба ручных тормоза на своем велосипеде.
Девушка, не дожидаясь полной остановки велосипеда, спрыгнула с него и бросила на дороге. Подбежав к месту крушения, она обнаружила как ее брат, раздвигая траву, передвигаясь на четвереньках, вылез на обочину дороги.
– Антон!! Все в порядке? – Елена опустилась на колени рядом с пострадавшим, и обеспокоенно осматривала его.
Антон сел и снял шлем. Пот обильно покрывал все лицо мужчины и волосы, прилипшие ко лбу, а его растерянный вид вызывал беспокойство.
– Антон! – Елена тихонько толкнула брата в плечо.
– А? Все в порядке! – засуетился Антон, поднимаясь на ноги, но легкое головокружение чуть не заставило его присесть обратно. Елена тут же обняла родственника, удержав от падения.
– Точно все в порядке? – голос Елены не скрывал напряжения.
– Наверное, мне еще рано прогуливаться на велике! – попытался, отшутиться Антон.
Раскат грома звонко раздался над головой, и ветер нагрянул в поле. Словно морские волны трава клонилась под его сильными порывами. За мгновение небо нахмурилось, поменяв дружелюбный синий цвет на мрачный тёмный окрас. Грозовые облака полностью скрыли солнце, где-то недалеко сверкнула молния.
– Так, похоже, скоро начнется ливень! – взволновано отметила Елена. – Велик рядом с собой вести сможешь? Осталось пройти через дорогу, пешеходка здесь недалеко.
– Ну, это-то я уж точно смогу.
– Ты давай не выделывайся, это до добра не доводит!
Антон пожал плечами и поднял свой велосипед. «Ну, командуй», – посмотрел он смиренно на сестру. Та, обеспокоенно покачав головой, направилась за своим брошенным транспортным средством. Когда они миновали федеральное шоссе, перед Прониным и Еленой вырос большой забор, а за ним три огромных здания-полусферы с толстыми, высокими трубами. Белые ленты дыма тянулись из их жерл. Рядом с воротами в компании пары охранников их уже ожидал зять. Велосипедисты спустились к обочине дороги и прошли мостик, перекинутый через ручеёк. Артем, как обычно, раскинул руки для объятий, сияя изумительной улыбкой с белоснежными зубами. Антону показались объятья Артема чересчур крепкими. Неужели он обо всем догадался? Или догадывается. В любом случае, решение принято, обратного пути уже нет.
– Как добрались? – после приветствия жены посмотрел зять на шурина.
– Без приключений! – однозначно ответил тот, предпочитая не замечать неодобрительного взгляда сестры.
Молния сверкнула совсем близко, грохотнуло, и начался сильный дождь. Усилившийся ветер подгибал верхушки деревьев и разгонял остатки пыли на земле. Один из охранников Артема оперативно подал ему зонт, и он быстро скрылся под ним вместе с женой.
– Без обид, Тоха! Но дамы вперед! – сыронизировал зять, выглядывая из-под кромки зонта.
«Вот только ты тоже под зонтом, «рыжий валенок»!», – сдержано подумал про себя Пронин, и покатил велосипеды следом за родственниками. Пройдя через пост охраны и через прилегающую территорию, Антон оказался внутри объекта, с которым начинал знакомиться. Внутреннюю местность за периметром удалось осмотреть только частично, дождь усиливался и заставлял побыстрее укрыться от него. Зато холл здания оказался вполне себе гостеприимным. Пол был покрыт зеркальной плиткой, белые стены и четыре колоны того же цвета выстроились дугой. Зять вручил оному из своих охранников зонт, другому отдал плащ. Они быстро ретировались в подлестничное помещение.
– Ваш транспорт, Тоха, можешь там же оставить, – с улыбкой рекомендовал Артем.
Антон пригляделся к вывеске над дверью, в которую зашла охрана зятя и прочитал: «Гардероб». «Хочешь от меня избавиться? Поглядеть, что получится, если за мной не присматривать? Проверяешь, значит? Ну, посмотрим, кто из нас умнее!», – проворчал про себя Антон и, взяв у сестры каску, повел велосипеды в гардеробную. Рядом располагалась большая овальная стойка регистрации. Из столешницы выходила стеклянная стена и упиралась прямо в потолок. Маленькие квадратные окошечки служили для оказания услуг клиентам заведения. Дальше, за большими мониторами, расположились две стройные девушки в белых халатах. Они стояли по стойке смирно рядом с креслами, потупив свой взгляд. Словно вернулся шестнадцатый век, когда барин пришёл осмотреть свои владения. От нахлынувшей средневековой жути у Антона по всему телу пробежали мурашки, а на лбу выступил пот.
«Опять я в больницу попал, что ли? Только эта странная какая-то», – мысленно недоумевал Антон. Он поставил велосипеды возле стенки и оглянулся. Кроме стоек с крючками и вешалками ничего больше не было, не считая вещей, которые только что принесли охранники. Помещение было пустым. Может эта гардеробная для посетителей? Или все же для персонала? Почему-то от этих вопросов становилось еще более жутко. Приметив возле двери одного из охранников зятя, Пронин направился к нему.
– Эй, здоровяк! – дружески хлопнул Антон его по плечу.
Тот ничего не ответил, а просто угрюмо посмотрел на Антона. Пронин прочитал взгляд сразу: «Хоть теперь ты и хозяин всей отцовской империи, но я в первую очередь подчиняюсь своему боссу и, если он выразит неудовольствие твоим присутствием здесь, не сомневайся, я исполню его приказ» и поэтому лишнего говорить не стал.
– Где здесь туалет? Как-то не вовремя приспичило.
Охранник отвел руку в сторону, показывая, что нужно идти вдоль коридора. Артем и Елена до сих пор оставались в холле. Все сотрудники были выстроены в линейку, а их вид мало чем отличался от регистраторов, которых недавно наблюдал Антон. Зять горячо махал руками и представлял персонал своей жене. А она все время отвлекалась, глазами ища своего брата. А когда, наконец, нашла, тот жестом показал свою потребность отлучиться. Девушка, немного успокоившись, повернулась обратно, продолжив знакомство с сотрудниками. Этот момент, естественно, не прошел мимо презентатора. Артем тепло улыбнулся и одобрительно кивнул Антону. «Как будто мне требуется твое согласие!», – усмехнулся тот и не спеша побрел вдоль коридора.
Дойдя до нужной двери, Антон посмотрел на камеру наблюдения. Это была маленькая темная полусфера, с медленно бегающей внутри красной точкой, прикрепленная к потолку. Пронин празднично помахал камере и вошел в туалет. Досчитав до пяти, он потихоньку вышел обратно в коридор. Камера почти повернулась. Антон осторожно прошёл вперед и, отворив соседнюю дверь, пробрался в прачечную.
«Так, теперь надо действовать быстро!», – проговорил он тихонько вслух и подбежал к окну. Открыв его, Антон сразу ощутил холодный ветер и капли воды хлынувшие ему в лицо. Пронин присмотрелся, Пушкиной и Кобелева нигде не было видно. Только пустая парковая аллея, и недалеко расположенная беседка старой архитектуры. Вдруг из-под подоконника появились знакомые лица.
– Какого хрена мы здесь делаем? Кто-нибудь может мне объяснить? Да еще в такую погоду! – тут же выпалил Кобелев, с трудом влезая в окно.
– Расслабься, Алексей. Мы просто проведем незаконный обыск, – сострил Пронин. – И вообще нужно девушек вперед пропускать, а то ты свою жирную задницу месяц затаскивать будешь, – и, обхватив туловище мужчины, потянул его на себя.
– Дай мне только забраться, и я тебе покажу, – раздосадовано запыхтел Кобелев.
– Успокойся, Алексей, не начинай, – возразила Пушкина. – Мы здесь неофициально, хотите, чтобы нас заметили? Я думаю, Папа будет не очень доволен. Давайте лучше сосредоточимся на задании, меряться сами знаете чем, будете, когда мы уладим наше дело, договорились?
Пронин с Кобелевым рухнули на пол, как только тело последнего полностью пересекло подоконник. Они оба, тяжело дыша, встали, чтобы помочь своей коллеге, но Ирина одним махом впорхнула через окно и встала рядом с ними.
– Договорились? – повторила она грозно.
Те неохотно подтвердили, просто кивнув головой.
– Антон, давай выкладывай, зачем мы здесь?
– В общем, отец оставил меня своим преемником…
– Так ты богатеньким Буратино стал?! – поддел Кобелев.
– Тогда зачем мы сюда вламываемся, ты же можешь… – заметила Пушкина.
– Не могу, – прервав, парировал Пронин. – Здесь творится что-то… странное. Эти два чуда-юда в больнице, зять вчера, – поморщившись от резкого порыва ветра, он закрыл окно. – Переоденьтесь, прикиньтесь местными рабочими, – Антон указал на шкафчики для персонала. – Сотрудники ведут себя странно… Вчера зять пришел домой вымотанный, тяжело дышал и был похож на тех в больнице, – в этот момент он посмотрел Ирине прямо в глаза. Та зажмурилась и быстро отвернулась, вспомнив тот вечер. Страх напомнил о себе.
– Я думаю, – Пронин продолжил, – это какой-то искусственный, будем называть его вирус, производится в этом здании.
– Ты уверен? – серьезно спросил Кобелев.
– Более чем, вчера зять погнул серебряную ложку, не напрягаясь, буквально оставив на ней свои отпечатки пальцев.
– Так, ладно, ты хочешь, что бы мы прикинулись местными и осмотрелись вокруг, пока ты будешь отвлекать своего зятя? – вмешалась Пушкина.
– Да! Так как игра приобретает серьезный оборот, если этот вирус готовится здесь, то представьте, если все жители города станут как те два психопата в больнице? Это будет катастрофа, и не только для нашего города.
– Тебе не пора? – поинтересовалась у Пронина Пушкина. – Вот, – она ловко сунула ему маленькое устройство в ухо – будем на связи.
Круглая подушечка в ухе создавала слабый глухой шум. А блок-усилитель, отвечающий за сигнал, незаметно смотрелся в виде заколки на обратной стороне майки. Антон посмотрел на наручные часы. И вправду, ему нужно было уходить, долгое отсутствие создавало риск, могли заподозрить. Операция началась с быстро переодевшимися сотрудниками полиции. Оказалось, вовремя. Послышались шаги в коридоре. Собрание в холле, по-видимому, подошло к концу. Пушкина и Кобелев, в белых халатах, нацепив липовые бейджи, вышли в коридор. Пронин заранее воспользовался услугами своего старого знакомого программиста, чтобы он проник в базу данных работников теперь уже его компании и внес в нее два выдуманных персонажа, что он легко и сделал.
Чтобы не быть замеченным камерой, Пронин быстро зашел обратно в туалет и вышел, как только та развернулась в его сторону. «Почти десять минут! Не критично», – подумал про себя Антон, и направился обратно в холл.
* * *
Тем временем, Пушкина и Кобелев шли вдоль коридора и, стараясь не подавать вида, внимательно наблюдали вокруг. Свою промокшую одежду они положили в небольшой пакет, который Кобелев сунул себе подмышку. Все сотрудники предприятия были одеты в белые халаты и чем-то занимались. Ни минутных перерывов, ни разговоров, ни какого-либо шума, просто выполняли свою работу. Алексей даже шутливо предположил, что это новая разработка искусственного интеллекта, а под кожей девушек скрыты всякие разные провода и железо. Главное в этой шутке Пушкина отметила для себя слово «девушки». Этим гендерным признаком обладали пока все сотрудники, каких они на данный момент встретили. Но самое важное открытие ждало их впереди. Миссия под прикрытием немного затянулась после того, как полицейские для большей конспирации решили воспользоваться телегой, полной грязной одежды и белья. Она поддавалась с трудом, поэтому пришлось поднапрячься. Алексей, проклиная про себя Антона, да и себя в частности за подкинутую идею, пыхтя, шел вперед, вытирая со лба обильно выступающий пот. Зато пакет с их одеждой был пристроен и не привлекал внимания. Ирина наоборот, толкала груз в полсилы, и продолжала внимательно следить за обстановкой вокруг. «Ничего, ничего, тебе полезно!» – с легкой улыбкой иногда наблюдала она за Кобелевым, который уже от усталости склонил голову, но продолжал толкать телегу вперед. После, казалось бы, вечно тянущегося коридора, последовал поворот направо, где их ждал проверяющий. Мужчина-проверяющий. Большой мужчина, который заслонял собой почти всю дверь.
– Номер? – безразлично спросил он.
Быстро приняв смиренный вид (выпрямившись и сделав серьезное лицо), Ирина сняла липовый бейдж и отдала проверяющему. Вдохнув поглубже и задержав выдох, Алексей, сосредоточившись, выглянул из-за тележки и проделал то же самое. Охранник вынул из-за пазухи устройство для сканирования, похожее на пистолет, и словно в магазине навел красную полоску на штрих-коды бейджев. После писклявого звука на мониторе чуть слева под потолком высветились данные проверяемых лиц.
– Новенькие?! Даже мужчину решили задействовать? – нахмурился охранник. – Ну и правильно! Зачем бессмысленно уничтожать дефектный материал, когда его можно применить в другой сфере деятельности?! – легкая улыбка разбавила подозрительность на его лице. Он нажал на зеленую кнопку в стене расположенную рядом с ним и дверь открылась. Миссия продолжилась. «Помещение четыреста двенадцать», – раздался шёпот позади полицейских, как только они прошли дальше по коридору.
Комнату с указанным номером найти оказалось не так сложно – вторая дверь слева с надписью «Прачечная». Войдя внутрь и откатив телегу в угол помещения, Ирина отошла чуть в сторону и осмотрелась. Вдоль огромной комнаты в несколько рядов стояло много работающих стиральных машин. Усиленный звук стирки закладывал уши.
– А одежда-то вся детская, – заметил Кобелев, рассматривая содержимое повозки, которую он все это время толкал.
– Ты только эту странность здесь заметил? – съязвила Пушкина. – Давай осмотримся здесь немного, обдумаем, что делать дальше.
– Образец сто, образец сто один! Что вы здесь делаете? Сейчас еще не время! Стирка закончится только через полчаса! – звонко раздался грозный женский голос.
Полицейские тут же нашли взглядом его источник. Стройная высокая женщина, постукивая себе по бедру кнутом, начала движение к ним. Но через мгновение она сменила свой маршрут и углубилась в ряды работающих стиральных машин. Маневрируя, все время меняя свое направление, она словно тянула время, присматриваясь к своим непрошенным гостям. Вскоре ее силуэт стал более понятен полицейским. Лицо было скрыто под японской маской «Хання», представляющую собой страшный оскал ревнивой женщины. В отличие от остальных одета она была в деловой черный костюм и обута в красные туфли на шпильках.
– Что будем делать, начальник? – насторожено спросил Кобелев. – Походу нас раскусила эта дама в маске.
– По ситуации.
– Ты…, мужчина? – голос без сомнения выдал удивление загадочной дамы в маске. – Кто вы? Я знаю всех, кто здесь…, кто здесь работает!
– Мы только что устроились, – уверенно ответила Пушкина.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.