– Нееет!
Арибелла бросила весло и подползла к Тео. Глаза его были закрыты, он не двигался.
– Пожалуйста, не умирай!
Снова раздалось шипение черепа. На сей раз над её головой. Страх, словно ледяная вода, стекал по позвоночнику, но теперь к нему примешивалась ярость – неистовая, безудержная и горячая. Арибеллу охватила дрожь; жар прошёл сквозь неё, сосредоточившись в кончиках пальцев и пронзив их болью. У неё затряслись руки.
Это снова происходит!
Арибелла отшатнулась от Тео. Едва начавшая заживать кожа на кончиках пальцев вновь загорелась, и Арибелла закричала от боли. Яркие жёлтые искры слетали с рук, разгоняя тьму. Повинуясь какому-то непонятному инстинкту, она вскинула руки над головой, посылая огонь в сторону черепа.
Боль в пальцах стала невыносимой. В голове словно что-то взорвалось, рассыпавшись звёздами; перед глазами поплыли чёрные пятна. Но она держалась.
Череп взвизгнул и зашипел, уносясь в туман. Отражение пламени танцевало на волнах. Мир вокруг Арибеллы стал огнём и водой. Череп взлетал всё выше, издавая жуткое шипение, пока белёсое марево не поглотило его.
Тяжело дыша, Арибелла сжала кулаки, и искры погасли.
– Тео!
Она кинулась к нему, но зацепилась ногой за весло и повалилась на бок. Лодка, опасно качнувшись, зачерпнула воды и перевернулась. Арибелла и Тео полетели в лагуну.
Арибелла задохнулась от холода. Пальцы, ещё недавно горевшие, заледенели. Она попыталась вдохнуть, но втянула воду и захлебнулась. Её стремительно тянуло вниз. Руки стали точно свинцовыми, сдавило грудь – но она не имела права сдаться. Нужно было помочь Тео.
Отчаянным движением она рванулась вверх. Отяжелевшие руки не слушались. А поверхность воды была так далеко! Но теперь Арибелла видела над собой блестящие звёзды.
Она уже решила, что ей конец, когда сильные руки схватили её за запястья и дёрнули. Арибелла выскочила на поверхность, и руки, перетащив её через борт, кинули в лодку.
Арибелла скорчилась на дне. Промокшая насквозь одежда холодила тело, а волосы облепили лицо. Туман исчез, а луна снова стала серебряной.
Отдышавшись, Арибелла поняла, что те сверкающие жёлтые звёзды, которые она увидела из-под воды, были украшением на чёрной бархатной маске, сшитой так искусно, что даже её отец не сумел бы справиться лучше.
У Арибеллы возникло странное чувство, когда она перевела взгляд с маски на ночное небо. Казалось, блёстки на чёрном бархате точно повторяют расположение настоящих звёзд. Несколько мгновений она была поглощена этой мыслью и красотой маски и почти позабыла, что всё это значит. Но восхищение быстро сменилось страхом, когда она осознала, что лежит на дне чёрной гондолы. Стражник всё же поймал их!
В прорезях маски сверкали глаза. Человек носил плащ цвета индиго, а его лысую голову покрывали татуировки.
С другого конца гондолы послышался стон. Там лежал Тео. Он по-прежнему был без сознания.
– Тео!
Арибелла подползла к нему. Она сморщилась при виде желтоватого кровоподтёка на виске, куда пришёлся удар веслом. Но с другой стороны веснушчатого лица Тео виднелась гораздо более жуткая отметина. Паутина переплетающихся чёрных прожилок покрывала щёку и шею: след от укуса черепа. Казалось, кожа юноши поражена какой-то жуткой болезнью.
– Тео! – Она потрясла его. Он едва дышал. – О, Тео, пожалуйста, очнись!
– Что произошло? – спросил стражник.
– Вы мне не поверите.
– А ты всё же попробуй рассказать. – В его голосе слышались насмешливые нотки.
Арибелла искоса глянула на мужчину.
– Здесь появилась такая штуковина… череп. Он возник из тумана…
– Призрак?
Теперь тон стражника стал серьёзным. Арибелла вздрогнула. Мужчина, казалось, ничуть не удивился её рассказу. Словно он знал об этом призраке.
– Я не понимаю! Тео его не видел. Но вот эта отметина на лице – там череп его укусил. Я думаю, он сделал с Тео что-то ужасное. Я боюсь, что он не очнётся. Нам нужна помощь!
Стражник уже копался в складках своего плаща. Из внутреннего кармана он извлёк небольшой пузырёк с золотой жидкостью, светившейся в темноте.
Арибелла напряглась.
– Что это?
– То, что ему поможет. Вылей несколько капель на рану. И быстро. Я понимаю, что у тебя масса вопросов, но сейчас нет времени объяснять. Доверься мне.
– С какой стати?
Разве этот стражник не преследовал их? Разве не собирался отвести в тюрьму вслед за отцом?..
– Во-первых, потому что я не лгу. Во-вторых, потому что я хочу спасти твоего друга, а это – единственное лекарство. И в-третьих, потому что у тебя нет выбора.
Что ж, в этом он был прав. Какой уж тут выбор? Тёмная паутина уже расползалась у Тео по плечу. Арибелла неохотно взяла флакон, вынула пробку и вытряхнула несколько золотых капель на щёку Тео. Едва жидкость впиталась в кожу, чёрные прожилки начали исчезать, и вскоре Тео выглядел так, словно просто мирно спал.
Арибелла едва не расплакалась от облегчения.
– Что это за штука? – спросила она, встряхнув флаконом.
– «Бальзам четырёх воров». Единственное противоядие от укуса призрака. А вот с твоими пальцами, боюсь, я ничего не могу поделать. Когда используешь столько энергии без маски, это всегда больно.
Арибелла вконец растерялась. При чём тут маска? И откуда этот человек знает, что у неё болят пальцы? Голова шла кругом. Если стражник явился, чтобы арестовать её, почему он так странно себя ведёт?..
Она сунула флакон в карман штанов и поразмыслила. Со стражником и всем, что он для неё готовит, она разберётся позже. Сперва надо убедить этого человека доставить Тео в безопасное место.
– Пожалуйста, отвезите моего друга обратно на Бурано. Тео не сделал ничего дурного. И он совсем промок, ему надо согреться. А потом делайте со мной что хотите. Можете отправить в тюрьму или повесить…
В горле встал тугой комок, и Арибелла несколько раз судорожно сглотнула.
Пару секунд стражник молчал. А потом сделал нечто совершенно неожиданное: откинул голову назад и рассмеялся. Смех был искристым и лёгким. Арибелла глянула на мужчину. Смешно ему?! То, что случилось в её жизни, конечно, могло быть смехотворным, но она так точно не думала.
– Прости. Моя милая девочка, позволь заверить: я не собираюсь сажать тебя в тюрьму или вешать. Если только ты не перестанешь мочить мою любимую подушку.
Арибелла опустила взгляд. Она даже не заметила, что сидит на прекрасной подушке. Она слезла с неё и плюхнулась на дно лодки между Тео и стражником, размышляя: может, этот человек безумен?
– Тогда что вы хотите? – спросила она, пытаясь продемонстрировать отвагу, которой не ощущала.
– Для начала представиться.
Стражник развязал бархатные ленты маски и снял её. Арибелла увидела узкое лисье лицо, изрезанное глубокими морщинами на лбу и щеках, и обветренную, как у рыбака, кожу. У мужчины была седая бородка клинышком, а татуировки, покрывавшие его лысину, оказались изображениями растущих и убывающих лун.
Мужчина поклонился.
– Родольфо Фоскари. Рад знакомству, Арибелла.
– Вы знаете моё имя… Узнали, потому что оно было в львиной пасти, да?
– Но тебе не стоит бояться.
– Ещё как стоит! Другие стражники забрали моего папу.
Родольфо нахмурился; его морщины сделались глубже.
– Жаль это слышать. Но я уверен, мы можем кое-что сделать, чтобы помочь твоему отцу.
Арибелла настороженно посмотрела на него.
– Вы лжёте. Дож послал вас, чтобы нас схватить. Потому что я…
Она запнулась. Родольфо приподнял брови.
– Потому что ты что?
Арибелла сглотнула и уставилась на свои мокрые башмаки. Слова сорвались с губ, прежде чем она успела прикусить язык.
– Потому что я странная.
Она подняла голову. Родольфо улыбался.
– Хочешь, я расскажу тебе один секрет? О том, как быть непохожим на других. Нет ни одного человека, который был бы уникальным и единственным в своём роде. Ты просто ещё не встречала подобных себе. Ты не более странная, чем я, и прочие – такие же, как мы. Ты канноваччи, Арибелла.
– Я – что?
– Человек, владеющий силой. И я тоже. Я – читающий звёзды. – Он помахал украшенной блёстками маской.
– Читающий звёзды? Что это значит?
– Это довольно сложно объяснить. И подобное знание ошеломляет. Не бойся, в своё время тебе всё расскажут… Между тем, думаю, надо отвезти твоего друга домой. Похоже, у него нет скрытых талантов?
Тео громко храпел и бормотал:
– Отличная лодка… моя лодка… лодка…
Лодка Тео! Арибелла огляделась. Его лодка, должно быть, уже давно покоилась на дне лагуны. Ей стало нестерпимо стыдно. Тео любил свою лодку более всего на свете, а его отец не сможет купить другую – особенно сейчас, когда так мало рыбы и плохие уловы.
Родольфо снова надел свою звёздную маску и вставил единственное длинное весло гондолы в уключину. Гондола сделала элегантный разворот.
Эх! Если б можно было провернуть подобный фокус с лодкой Тео, они наверняка сбежали бы от того жуткого призрака…
Призрак! Восставшие мертвецы!
Арибелла вздрогнула и отогнала эту мысль. Она задумалась о другом: канноваччи… человек, владеющий силой… И что всё это должно означать, скажите на милость?
Гондола скользила по воде плавно и безмятежно, как лебедь. Куда там неуклюжей лодчонке Тео! Они набрали скорость и вскоре летели по лагуне с такой быстротой, что чёрные волосы Арибеллы растрепались и у неё перехватило дыхание. В ушах свистел ветер. Она знала, что гондолы быстрые, но это было нечто невообразимое. Как вообще можно двигаться с такой скоростью?..
Ей хотелось, чтобы Тео проснулся и тоже испытал это удивительное чувство.
Не прошло и нескольких минут, как впереди показались знакомые очертания острова Бурано. Маленькие домики, выступающие из темноты, показались неимоверно хрупкими, когда Арибелла подумала о жутких призрачных существах, прячущихся в водах лагуны.
Родольфо подвёл гондолу к причалу. Арибелла вылезла. Её забила дрожь.
– Вот, надень-ка это. – Родольфо расстегнул застёжку своего украшенного звёздами плаща и протянул его Арибелле. – Пригодится на обратном пути.
– Каком ещё обратном пути?
Она нехотя взяла плащ и накинула на плечи. Он был тяжёлым и слишком длинным для неё (так что приходилось следить, чтобы не споткнуться), но на удивление мягким и тёплым. Долгожданное облегчение после долгой прогулки в мокрой одежде.
Родольфо поднял Тео и перекинул через плечо.
– Веди.
Она пошла по пустынным улицам к виа Фортуна и коттеджу Тео, задаваясь вопросом, что подумают соседи, если кто-нибудь из них выглянет из окна. Впрочем, никто не выглянул, и они без помех добрались до дома Тео.
Родольфо положил юношу на камни возле двери. Из окна кухни лился тёплый свет, и Арибелла увидела лицо своего друга. На виске по-прежнему желтел кровоподтёк, но чёрные отметины почти исчезли. Лишь под кожей виднелся тусклый круг – словно тень…
Ресницы Тео дрогнули.
– Ари… – пробормотал он.
– Нам пора идти, – сказал Родольфо.
– Позвольте мне хоть попрощаться, – умоляюще проговорила Арибелла. Ей не хотелось бросать тут Тео, ничего не объяснив.
– Лучше если он очнётся один. «Бальзам четырёх воров» проникает глубоко в тело. Последние несколько часов исчезнут из его памяти как сон, и ему будет лучше без этих воспоминаний. Не волнуйся. Вы скоро увидитесь.
Арибелла сама не знала, верит ли она в это, но ей хотелось защитить Тео. Родольфо подошёл к двери и постучал – а потом отступил в тень, жестом велев Арибелле следовать за ним. С тяжёлым сердцем она повиновалась.
Между тем, они стояли на виду, почти у самой двери.
– Нас ведь могут здесь заметить, – сказала Арибелла.
– Не беспокойся. – Родольфо прикоснулся к своей украшенной звёздами маске. – Эта маска делает нас незаметными, когда это необходимо.
– Незаметными? Как это?
– Нас никто не увидит, – ответил Родольфо с ноткой нетерпения в голосе. – Но услышать могут. Так что, пожалуйста, помолчи.
На языке вертелись тысячи вопросов, но Арибелла притихла. Дверь дома распахнулась, и на улицу хлынул тёплый свет. Она услышала радостные возгласы отца Тео, его сестры и братьев.
Арибелле хотелось закричать, броситься к ним, обнять… но их радость и облегчение предназначались не ей. И она молча стояла рядом с Родольфо. Как он и сказал, никто не замечал их. Последнее, что услышала Арибелла перед тем как Тео внесли в дом, был его возглас:
– Папа! Что происходит? Как я сюда попал?
А потом дверь закрылась, и на улице снова стало темно.
У Арибеллы заныло сердце. Увидит ли она когда-нибудь друга снова?..
– Пойдём, – сказал Родольфо. – Если хочешь помочь отцу, мы должны вернуться в гостиницу «На полпути» и рассказать остальным, что здесь случилось.
С этими словами он двинулся обратно к гавани.
Гостиница «На полпути»? Это что, какое-то шуточное прозвание тюрьмы? И кто такие «остальные»? Арибелла понимала, что её, возможно, заманивают в ловушку. Но так или иначе, Родольфо выполнил свою часть сделки и доставил Тео домой.
Тяжело вздохнув, Арибелла отвернулась от Бурано и всего, что она знала, и последовала за Родольфо. Она боялась за отца, тревожилась, недоумевая, что готовит ей будущее, и грустила, потому что не попрощалась с Тео… Но за всем этим было кое-что ещё. Странное возбуждение, бьющееся в ней, словно попавшая в силок птица. И чувство это становилось всё сильнее с каждым шагом по направлению к пристани. Казалось, она всю жизнь ждала чего-то подобного. Ждала, чтобы с ней произошло нечто. То, что позволит узнать, кто же она такая на самом деле. И, как ни странно, именно сейчас это и могло произойти.
Возможно, садясь в гондолу, она делала первый шаг к приключению.
Гондола отошла от причала необычайно плавно: Арибелла даже не сразу поняла, что Родольфо уже начал грести. Когда лодка набрала скорость, ферро опустился, словно голова скаковой лошади. Ветер трепал волосы Арибеллы и развевал её расшитый звёздами плащ, словно они не скользили по поверхности воды, а летели по воздуху.
Вскоре Бурано остался далеко позади. Вокруг была только вода, виднелись силуэты далёких островов, светила луна, и мерцали звёзды. Красивую, словно стеклянную, лагуну наполняли серебристые отражения. Всё выглядело так мирно и волшебно – и трудно было поверить, что не прошло и часа с тех пор как здесь появился тот жуткий череп. Ночное небо было чистым, туман исчез без следа, а звёзды выглядели такими большими и яркими, что Арибелле казалось: достаточно лишь протянуть руку, чтобы сорвать одну из них с небесного свода и носить как драгоценный камень.
Других лодок поблизости не было, и вся красота лагуны словно предназначалась только для Арибеллы.
За спиной послышались первые ноты мелодии. Она обернулась. Высокий и гибкий силуэт Родольфо вырисовывался на фоне луны, и он напевал одну из любимых песен гондольеров. Арибелла узнала её. Они с Тео часто слышали, как эти куплеты парили над водами лагуны. Песни проникали в самую душу Арибеллы, отзываясь странным чувством, которое она никогда не могла понять до конца.
Пение Родольфо эхом разносилось над водой, улетая далеко-далеко, словно таким образом отправляя кому-то послание. Эти звуки успокаивали и умиротворяли Арибеллу, давая отдых её издёрганным нервам.
Скоро впереди возник главный остров. Купола и шпили его зданий отражались в воде так чётко, что казалось, существуют два города. Первый – на поверхности земли, второй соткан из волн лагуны, и можно без помех шагнуть из одного в другой.
Арибелла никогда не видела главный остров в такое время. Ночью, без обычных заполонявших его толп, он казался необычным и каким-то призрачным, нереальным. Гондолы перед дворцом неподвижно стояли у своих причалов, и всё вокруг окутывала задумчивая тишина.
Страх вновь пронзил сердце Арибеллы, когда она рассматривала крылатых химер, ангелов и горгулий, украшающих стены дворца. Там, среди них, на стене маячила львиная пасть. А глубоко в подвалах пряталась дворцовая тюрьма.
Отец уже там?.. Воображение рисовало ей подземные камеры и орудия пыток. Мало кто знал, как выглядит дворцовая тюрьма, поскольку те, кто пересекал знаменитый мост Вздохов, редко возвращались назад.
Родольфо, должно быть, перехватил её взгляд.
– Не волнуйся, – сказал он, – мы поможем твоему папе. Но сперва нам нужно попасть в другое место.
Он направил гондолу к Гранд-каналу. Здесь она впервые закачалась, но не так неуклюже, как лодка Тео. Она приподнималась и опускалась, и у Арибеллы возникло странное ощущение, что гондола живая.
– Ей не так нравятся каналы, как открытая вода, – сказал Родольфо. – Здесь ей кажется, будто она в ловушке. Иногда я могу понять её чувства.
Очередные странные слова… Но после всего произошедшего Арибелла не подвергала их сомнению. Вдобавок в этот миг из темноты вылетел небольшой нетопырь. Сложив кожистые крылья, летучая мышь приземлилась на плечо Родольфо и посмотрела на девочку. Маленькие глазки блеснули в свете фонаря. Арибелла едва смогла бы отличить одну летучую мышь от другой, но сейчас почему-то была уверена: это та самая, которую она видела в лагуне.
– Арибелла, это Ио, – сообщил Родольфо.
– Ваш питомец?
– Скорее, мой компаньон, – сказал Родольфо. – Трудно сказать, кто кого приручил… Держись! – прибавил он, когда гондола снова закачалась.
Они плыли по Гранд-каналу – тем же курсом, каким обычно следовали Арибелла и Тео, направляясь на рыбный рынок. Но достигнув моста Риальто, гондола замедлила ход и, к изумлению Арибеллы, скользнула к причалу полуразрушенного палаццо, которое всегда ей так нравилось.
– Мы на месте! – весело объявил Родольфо.
Жёлтая краска на стенах шелушилась, окна были тёмными и пустыми, а среди досок пристани зияли тёмные провалы. Это и есть гостиница «На полпути»? Родольфо наверняка ошибся!
– Я привяжу гондолу. А ты уже можешь идти внутрь.
Он накинул верёвку на один из растрескавшихся столбиков и пришвартовал лодку к разбитому причалу. Арибелла пошла вперёд, очень осторожно переставляя ноги, чтобы не угодить в провал. Лицо Родольфо скрывала маска, и она не видела его выражения, но Арибелле казалось, что он дразнит её. А она замёрзла, устала и была не в настроении для шуток.
В растерянности она остановилась, дожидаясь Родольфо. Он, между тем, присел на корточки и погладил гондолу. Лодка загудела; звук показался Арибелле похожим на мурлыканье. Но наверняка это были всего лишь какие-нибудь вибрации воды.
Внезапно гондола начала погружаться в канал.
– Синьор! Ваша лодка! – воскликнула Арибелла.
– Ничего-ничего, всё отлично, не волнуйся. Она просто ложится спать. Давай же, заходи. – Родольфо кивнул в сторону двери.
Арибелла недоумевала. Что происходит? Почему Родольфо так безразлично отнёсся к тому, что его прекрасная гондола утонула?.. Она повернулась лицом к палаццо. Что, если Родольфо солгал и внутри её поджидают стражники дожа? Но с другой стороны, почему тогда он просто не отвёз её в тюрьму?
Она не знала, что найдёт за дверями палаццо, но решила, что нужно идти. Если есть хоть крохотный шанс, что, оказавшись внутри, она узнает, почему вокруг происходит так много странных вещей, то она войдёт внутрь.
Глубоко вдохнув, Арибелла перешагнула через провалы на причале и направилась к двери. Пурпурно-оранжевое цветное стекло когда-то наверняка выглядело очень красиво. Но теперь, когда оно было расколото в нескольких местах, этого уже не узнать наверняка…
Арибелла осторожно открыла дверь и заглянула внутрь. Её взору предстал вестибюль – в прошлом тоже величественный, а теперь такой же тёмный и неухоженный, как и фасад здания. Каменный пол растрескался от воды, заливавшей его во время наводнений. А закопчённый, чёрный от сажи камин выглядел так, словно его не использовали много веков. Наверх вела широкая лестница, но многие ступени совсем развалились и выглядели попросту опасными для любого, кто рискнул бы по ним подняться. Провисшие потолочные балки вот-вот готовы были рухнуть. В углах виднелись неопрятные голубиные гнёзда. Заунывное воркование и звуки капающей где-то воды эхом разносились по пустому залу. В нос бил запах плесени. Слышалась крысиная возня.
– Нужно пройти весь путь, – сказал Родольфо за спиной Арибеллы. – Иначе ты не увидишь.
Арибелла стиснула зубы, борясь с желанием ответить спутнику, что он, должно быть, свихнулся.
Палаццо явно было заброшено. Но едва лишь Арибелла переступила порог – всё изменилось.
Она изумлённо заморгала. Голубиные гнёзда исчезли. Стены покрылись обоями сливового цвета, а перед её мокрыми башмаками лёг на пол оранжевый ковёр. Возникли кофейные столики из красного дерева; на них стояли лампы с мягкими абажурами и вазы со сладко пахнущими пионами. Из ниоткуда материализовались диваны, уложенные взбитыми подушками. А в пустом камине заполыхал жаркий огонь.
По воздуху прилетели подсвечники и аккуратно встали по краям каминной полки. Лестница теперь выглядела как новенькая, а перед ней возникла огромная стойка регистрации.
Ошеломлённая, Арибелла вышла обратно на причал. Он больше не был разломан, а выглядел чистым и ухоженным. Причальные тумбы, ещё недавно растрескавшиеся и гнилые, теперь были новыми – полосатыми, словно леденцы, с блестящими золотыми кольцами.
Разинув рот Арибелла глянула на фасад палаццо. Канареечно-жёлтая краска – некогда тусклая и шелушащаяся – стала яркой и весёлой. Бывшие тёмными окна теперь мягко светились. Витражи на входной двери ярко сверкали в свете фонарей, появившихся с обеих сторон от входа. Дверные ручки обрели форму золотых крылатых львов, вроде тех, что были нарисованы на лодке Родольфо. Надпись на вывеске над дверью, выведенная замысловатым шрифтом, гласила: «Добро пожаловать в гостиницу «На полпути».
– Но… но… как же это?.. – выдавила Арибелла.
Родольфо снова рассмеялся – лёгким и звонким смехом, который она уже слышала в лагуне. Он поднял три пальца и принялся загибать их по одному:
– Никогда не суди о книге по обложке. Никогда не суди о человеке по маске. И никогда не суди о гостинице по фасаду. Большинство людей настолько озабочены тем, как всё выглядит снаружи, что не способны увидеть суть. «На полпути» показывает свою красоту только канноваччи, которые переступают порог.
Арибелла удивлённо рассматривала гостиницу. Ей и раньше нравилось это палаццо, но теперь, определённо, оно стало самым красивым зданием на Гранд-канале. Тео не дразнил бы её за привязанность к этому облезлому дому, если бы увидел, каким он сделался теперь…
При мысли о Тео у Арибеллы сжалось сердце.
– Э… Это гостиница «На полпути»?
– А что ты ожидала увидеть? Нечто, похожее на дворцовую тюрьму?
– Почему она так называется? – спросила она, пытаясь хоть в чём-нибудь разобраться.
– Потому что стоит на полпути по Гранд-каналу, само собой, – сказал Родольфо. – Давай, заходи.
Он придержал для неё дверь. Ио спрыгнул с плеча Родольфо и полетел в вестибюль. Арибелла последовала за летучей мышью. Она вдруг почувствовала лёгкое злорадство: вот разозлился бы Гиан, если б узнал, куда привела её записка, брошенная в «львиную пасть».
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.