Есть книги, после которых хочется петь, танцевать и просто обнять весь мир. Есть книги, после которых хочется побыть в одиночестве и тишине, и подумать. Есть книги, после которых хочется закутаться в мохнатый плед и тихо плакать. Есть даже такие, после которых почется крушить, ломать и истерики закатывать. А есть такие книги, как "Цементный сад". После них страшно, нет, скорее не страшно, а как-то мерзостно жить. Противно, пусто и холодно внутри делается. Ощущение, что искупалась в канализации. Хочется хорошенько помыться.
Итак, что же мы имеем. Есть семья, в которой отсутствует душевная близость и теплота. Мать, отец, четверо детей. Младшему пять лет, старшей семнадцать. Когда отец умирает, никто особо не расстраивается. Это уже много говорит о семье. Затем умирает мать. И точно так же - внешних проявлений скорби у детей не наблюдается. Мало того, они даже никому и никуда не сообщают о смерти матери, "Просто" решают скрыть этот факт от посторонних, разрулить ситуацию своими силами, и жить вчетвером. Да, в некоторых сундуках хранятся ужасающие скелеты. Здесь недоумение вызывает абсолютно всё. И поведение матери в том числе. Она ведь понимала, что серьёзно больна, и смерть поджидает её не сегодня, так завтра. Как же можно было как безотвественно отнестить к судьбе своих детей? Какие-то поступки и реакции детей, наверное, можно оправдать шоком от случившегося. Но ни в коем случае не все. К тому же, странности в поведении у них наблюдались ещё до смерти родителей. Например, эта игра в обследование инопланетянина (и тому подобные "развлечения"). Жуть. Подростков эта тема интересует и волнует. Но не все становятся такими вот "исследователями". У этих несчастных детей явное расстройсвто психики. "Ах, мама умерла! Печально, печально... Ну да ладно. Главное - молчать, чтобы никто не узнал и нас не забрали в детский дом. И вообще, мега круто! Теперь мы одни дома и можем пошалить на славу, жить как хотим." Можно ночью гулять, а потом отсыпаться хоть до следующей ночи. Можно не мыться, и дом запустить, и питаться одними шоколадками и мармеладками и ещё много всяких чудных вещей ждут детей, до которых никому нет дела. Это, кстати, отдельный пункт. Почему никому нет дела? Неужели так бывает, чтобы никто не заметил странностей, творящихся в этом доме, с этими детми? Неужели никому из соседей или каких-то организаций, социальных служб, не бросилось в глаза столь длительное отсутствие матери? Да, семья была нелюдима. Если какие-то родственники и были, то контакта с ними не имели. Друзей, похоже, не было вооще. Но ведь вокруг были хоть какие-то люди. Неужели всем совершенно наплевать? Ведь там четверо детей... Кстати, об этом. Том ещё слишком мал, да и Сьюзи тоже. Но вот старшие - Джек и Джули - им ведь было 15 и 17. Это, всё-таки, уже достаточный возраст для того, чтобы осознавать в полной мере весь ужас и неправильность происходящего. Но они не осознают, не хотят, или просто не в состоянии. Единственный напрашивающийся вывод - да, у этих детей действительно изначально были серьёзные проблемы с психическим здоровьем, а всё случившееся их окончательно подкосило. Они жили в своём мире, не думали о будущем и о последствиях. Если не обращать внимание на проблему, отгородиться от неё, запрятать в дальний угол и постараться не замечать, можно обмануть себя, притвориться, что всё в порядке.
«Цементный сад» kitabının incelemeleri, sayfa 3