«Peter Pan» kitabından alıntılar, sayfa 19

Ты же знаешь, девочки умные, они из колясок не падают.

— Это никакая не птица, — сказал он испуганным голосом. — Это тетенька.

— Как — тетенька? — задрожал от страха Болтун.

— Мы ее убили, — хрипло заметил Кончик. Они сорвали с себя шапки.

— Все ясно, — сказал Кудряш. — Питер привел ее сюда для нас.

И он в отчаянии шмякнулся на землю.

— Тетенька, которая наконец взяла бы на себя заботу о нас, — сказал один из Двойняшек. — А ты ее убил.

Им, конечно, было жаль Болтуна. Но еще жальче самих себя. Когда он приблизился к мальчишкам, они от него отвернулись.

Болтун был бледный, губы сжаты. В его лице появилось даже какое-то скрытое достоинство, которое раньше не замечалось.

— Это я сделал беду, — произнес он. — Когда по ночам тетенька являлась ко мне во сне, я шептал:

«Милая мамочка, милая мамочка». А когда она явилась на самом деле, я ее застрелил.

- Я Венди! - сказала она с волнением.

- Послушай, Венди, - зашептал он виновато, - если ты заметишь, что я тебя не узнаю, всегда говори: "Я Венди!" И повторяй это до тех пор, пока я тебя не вспомню.

- А знаешь, старушка, - сказал Питер, греясь у камина и глядя на Венди, вертевшую в руках чулок с огромной дыркой на пятке, - нет ничего приятнее на свете, чем сидеть вечерком у огня в кругу своей семьи, наслаждаясь заслуженным отдыхом!

Она села с ним рядышком на краю кровати:

— Я даже подарю тебе поцелуй. Питер не знал, что это такое. Он протянул руку ладошкой вверх.

— Ты знаешь, что такое поцелуй?

— Когда подаришь, узнаю, — холодно ответил он.

— Ах, это все мое пристрастие к званым обедам, Джордж!

— Нет, дорогая, это все мое дурацкое чувство юмора.

— Глядите! — сказал он.

— Стрела угодила прямо сюда. Это поцелуй, который я ей подарил. Он спас ей жизнь.

Нельзя сказать, что Динь была такая уж плохая. Вернее, так: именно сейчас она была хуже некуда, но, с другой стороны, иногда она бывала и целиком хорошей.

Это была настоящая битва, но важней всего то, что в ней проявилась одна из особенностей Питера: в самый разгар сражения он мог вдруг переметнуться на сторону противника.

Пираты окружили Крюка, не глядя туда, откуда мог появиться крокодил. Они не собирались сражаться с ним. Это была сама судьба.

В этом критическом положении инстинкт подсказал ей, к кому обратиться за помощью.

— Болтун, — крикнула она, — защити меня!

И не странно ли, что она воззвала к самому робкому и глупенькому. Вся глупость соскочила с Болтуна.

— Я всего лишь Болтун! — крикнул он. — И всем на меня плевать. Но всякому, кто посмеет дотронуться до Венди, я разобью в кровь нос!