Прозвучал сигнал к отплытию. Небо было чистым, море – тихим, а шумоизоляция в каюте не позволяла посторонним звукам, которые сопровождали движение судна, нарушать внутреннее спокойствие пассажира. Берег становился все дальше, постройки, свидетельствовавшие о присутствии человека в этих местах, – все меньше. Постепенно сухопутный пейзаж полностью слился с линией горизонта. Небесная лазурь, дышавшая теплом летнего дня, с каждым часом остывала, несмотря на красно-оранжевые оттенки, приносимые лучами дневного светила. На закате световые волны, исходящие от солнца, вынуждены проходить под углом через более широкие слои атмосферы, чем в дневное время, вследствие чего они рассеиваются через природный световой фильтр. В результате поверхности земли достигают только волны красного диапазона, имеющие большую длину. И чем дальше становится их источник, а соответственно, чем меньше градус угла их движения по отношению к земной поверхности и плотнее атмосферные слои, тем сильнее смещается цветовой пигмент световых волн в сторону красной части спектра. Особенно хорошо эти оптические явления можно наблюдать на открытых пространствах при благоприятной погоде: над морской поверхностью, например.
Этот эффект Яну уже был знаком из собственного опыта общения с пустыней, и пока еще источник дневного света держался, если быть точным, на плаву, для здоровья и хорошего сна он решил повысить свой внутренний градус. Из рюкзака Ян достал уже остывший донер-кебаб, в народе называемый шаурмой, и бутылку белого вина, которую бережно припас накануне. Короткая трапеза, банный ритуал перед отходом ко сну – и наш герой лежал под простыней, погрузившись затылком в плоскую подушку. Солнце уже зашло, и слайды, застывшие в иллюминаторе, отражали ночные картинки звездного неба, отраженного в максимально потемневшем море. Ян ни о чем не думал, старался отпустить напряжение последних дней и отдохнуть. Погружаясь в сон, его сознание рисовало образы Афганистана и Туркмении: люди, постройки, природа. Наконец как по щелчку он отключился.
Утром Ян пробудился от однократного, но очень сильного стука в дверь своей каюты. По всей видимости, кто-то снаружи энергично орудовал со своими вещами или попросту по неосторожности не удержал равновесие и какой-то частью тела инициировал сильный глухой звук. Не поднимаясь с места, Ян посмотрел через голову в иллюминатор. Утреннее небо: голубое, окрашенное россыпью полупрозрачных белых барашестых облаков. Внимание на часы – пять минут седьмого. Сел на кушетку. Теперь стало несколько удобнее наблюдать внешний мир. При заселении на корабль Ян занял левое от входа в комнату место, и при обзоре из иллюминатора его взгляд ложился прямо по курсу движения судна. Впереди уже виднелся Баку. Наш герой поспешил привести себя в порядок. Прибрал постель, приготовил вещи. Прибывая в международный морской торговый порт города Баку, корабль замедлил ход, потом начал дрейфовать и плавно пришвартовался, так же, как это было при отправлении из Туркменбаши, кормой к причалу. Освобождение парома осуществлялось в обратном порядке. Сперва на берег сошли пассажиры, а следом за этим службы порта начали извлечение доставленного груза.
Город Баку в форме символического полумесяца, перевернутого краями вниз, расположился вдоль бухты на Апшеронском полуострове. Порт, куда прибыл Ян, находился в самом центре города и будто бы продолжал собой приморский бульвар.
Азербайджан – еще одна восточная страна на берегах Каспийского моря. Важно обратить внимание на одну очень интересную особенность этой кавказской державы, по сей день оказывающую влияние на ее развитие. Азербайджанская Республика является центром пересечения нескольких цивилизационных систем. С одной стороны, это одно из государств Кавказского региона, а если выразиться точнее, – Южного Кавказа, которое до 1991 года, как и пятнадцать других, входило в состав СССР. А еще раньше по итогам русско-персидских войн начала XIX века на территориях Азербайджана Российской Империей была образована специальная комендатура, просуществовавшая в таком состоянии до русской революции семнадцатого года. Однако, кроме исторической связи с Россией, Азербайджан всегда был и остается включен в систему тесного взаимодействия с двумя другими крупнейшими империями востока – Ираном и Турцией. Так, например, в Иране существует целый регион под названием Восточный Азербайджан с центром в городе Тебриз. Более девяноста процентов населения этой провинции составляют азербайджанцы – единый с одноименной кавказской республикой этнос. Азербайджан богат полезными ископаемыми, важнейшими из которых являются нефть и природный газ, что, несомненно, привлекает другие государства, испытывающие потребность в данных ресурсах.
Покинув бакинский порт, Ян пересек зеленую зону приморского бульвара и вышел на проспект Нефтяников, откуда минут за десять дошел неторопливым шагом до выбранного объекта размещения. Гостиница представляла собой сетевой отель, система обслуживания которого подчинялась требованиям иностранной франшизы. Русский язык в этой стране был распространен повсеместно, что облегчало задачу русскоговорящему гостю. Ян подошел к ресепшен и обратился к менеджеру.
– Добрый день! Подскажите, у вас есть свободные стандартные номера?
– Добрый день! Минуту, я должен проверить, – ответил молодой человек за стойкой и погрузился в компьютерную базу. – Вы знаете, есть один стандартный номер на девятом этаже стоимостью сто девяносто три маната в сутки. Это по курсу примерно сто пятьдесят американских долларов.
– Так… – Ян предположил, что ему должно хватить пары-тройки дней для решения своих вопросов, поэтому озвучил следующее решение: – Давайте, наверное, я останусь у вас на двое суток, а дальше, если будет необходимо, продлю. Только, чтобы не половинить дату заезда, время моего заселения в отель будем отсчитывать не с этой минуты, а с расчетного часа. Все равно я сейчас уйду и вернусь только вечером. А послезавтра уже определимся, останусь я или нет, – пояснил Ян свои пожелания к размещению.
– Да, хорошо, – ответил служащий. – Давайте ваши документы и можете сразу оплачивать. Кстати, если вы только прибыли, должен предупредить, что в долларах мы не сможем принять оплату. За ресепшен слева есть пункт обмена валюты, где вы сможете приобрести азербайджанские манаты, – дополнительно пояснил он.
– Да, спасибо, – Ян отдал свой паспорт и отправился к обменному пункту, после чего вернулся на стойку ресепшен.
Пока менеджер производил процедуру оформления, Ян решил навести у него справки про храмы зороастрийцев в Азербайджане.
– А подскажите еще, пожалуйста, у меня есть вопрос по достопримечательностям и историческим местам. Вы могли бы помочь?
– Да, пожалуйста. Задавайте. С радостью подскажу, – гостеприимно согласился служащий отеля, не отрываясь от процесса внесения данных о постояльце в базу.
– Мне говорили, что в Азербайджане сохранились святилища огнепоклонников, зороастрийцев, которые до сих пор посещают паломники этой веры. Я бы с удовольствием посмотрел хотя бы одно из них, – сформулировал свой вопрос Ян.
Молодой человек отвлекся от оформления и с чувством уважения к вниманию со стороны гостя, обращенному на культурно-историческое наследие его родины, дал справку:
– Да, конечно, я сейчас вам все объясню, – он взял небольшой проспект, содержащий информацию об экскурсиях, которые проводят компании-партнеры гостиницы для ее постояльцев, пролистал его до нужной страницы и передал Яну, после чего пояснил: – Смотрите, в Сураханах, это село неподалеку от Баку, есть большой музейный комплекс веры огнепоклонников, Атешгях. Там же при нем и паломнический центр есть. Он полностью восстановлен. Даже присутствуют алтари с живым пламенем. Можно увидеть места, где из-под земли выходит негаснущий огонь. Мистическая и загадочная атмосфера. Внизу на этой странице указан телефон. Вы можете записаться на экскурсию. При наличии группы от отеля организуется автобус.
– Вы случайно не знаете, не собирается ли сегодня какая-нибудь группа? Сейчас еще восьми часов нет. Может, сегодня успел бы кому-нибудь на хвост упасть? – спросил Ян в надежде, что менеджер был в курсе таких заявок.
– Обычно каждый день что-то бывает. Сейчас только время завтрака. Давайте я закончу с вашим оформлением и потом посмотрим, что можно сделать по этому вопросу, – все так же заботливо и гостеприимно предложил служащий.
Ян рассчитался за проживание и получил назад свой паспорт, к которому была приложена пластиковая карта-ключ от номера.
– Завтрак с семи до одиннадцати на восемнадцатом этаже. Так, теперь группа в Сураханы, – менеджер снова обратился к компьютеру и уже через пару минут набрал кого-то по служебному мобильному телефону, коротко переговорил на азербайджанском языке и вернулся к гостю. – Знаете, у нас заехали вчера вечером постояльцы из Индии. Как раз паломники. Заказали на сегодняшнее утро поездку в Атешгях. Там у них своя программа и возвращаются они вечером. Места в автобусе есть, поэтому я могу попросить, чтобы вас взяли с собой. Если возражать не будут, по оплате решите вопрос с их организатором или даже напрямую с водителем. Отправление в десять. Как пожелаете?
– Я хочу. Конечно, попросите, – воодушевленно и немного нервничая, выразил свое полнейшее согласие Ян.
Ночное плавание на пароме дало возможность Яну отключиться от всех его напряженных мыслей. Он по-настоящему отдохнул, выспался и был готов к новым впечатлениям, которые обещала ему поездка в зороастрийский храмовый комплекс Атешгях.
В половину десятого Ян уже стоял у экскурсионного микроавтобуса, который в скором времени должен был отвезти группу индийских паломников на священные земли зороастрийцев, где сквозь камни приходит в мир негасимый первородный огонь, создавший все сущее. Вопрос присутствия мужчины в паломническом автобусе был урегулирован в полной мере. Путешествие началось.
По проспекту Гейдара Алиева добрались до трассы, ведущей к бакинскому международному аэропорту, и уже скоро повернули по направлению к Сураханам направо. Сам комплекс Атешгях находится на удалении порядка тридцати километров от азербайджанской столицы на восток. Часть пути лежала через сельскую местность и свободные от населенных пунктов территории. Ландшафт в этих краях напоминал Яну Туркмению и отчасти Афганистан. Нужно понимать, что географически весь этот регион симметричен относительно каспийской оси. При этом Кавказский хребет являет собой сравнительно молодые горы, которые, по мнению экспертов-геологов, еще пока продолжают расти. Песчаника и пустынных территорий здесь меньше, чем к востоку и югу от Каспийского моря. Однако менталитет местного населения в странах этого региона все же похож, учитывая небольшие отличия, выкристаллизованные в процессе своего собственного пути, пройденного по-разному от страны к стране. Англосаксы, активно эксплуатировавшие собственные колонии, поглядывали и на этот лакомый кусок Закавказья. Но в XIX веке ближе всего и толерантней к азербайджанцам оказалась Россия. В основном, как показывает практика, в любые времена мусульманские общества проявляют больше идентичности, чем представители христианства. Может быть, в этом проявляется глубокий, исторически обоснованный инстинкт самосохранения восточных этносов, а может, так устроен их культурно-религиозный уклад, или все вместе и сразу. В этой связи просто не смогу не напомнить еще об одной важной особенности Азербайджана. До начала XX века в отличие от турок, иранцев и других соседей у местного населения не сформировалось своей государственности. Местные мусульмане, что характерно, ассоциировали себя с большим мусульманским миром, а не с конкретной страной, и этого было для них достаточно – так было правильно. Только в 1918 году под влиянием социалистической революции в России на этих землях советом мусульман было провозглашено первое независимое государство, которое интегрировалось по федеративному принципу с двумя другими соседними республиками – Арменией и Грузией, а в двадцать втором году единым фронтом все три молодые страны влились в состав Советского Союза. Уход от частного к общему, объединение с другими народами, близкими по восприятию принципиальных вопросов общественного бытия, исторически составляют основу развития данных обществ. Будучи даже отдельным и независимым, такое государство стремится к воссоединению с подобными себе, разделяющими аналогичные ценностные ориентиры.
Дорога в компании паломников из Индии показалась Яну приятным и спокойным временем. В течение всех сорока минут пути пассажиры предпочитали молчать и внутренне готовились к встрече со своим богом по имени Ахура Мазда16.
Автобус остановился на парковке, предварявшей обширную и величественную площадь, вымощенную широкой брусчаткой, перед средневековой крепостной стеной высотой метров шести. Ян обратил внимание, что выделявшихся построек на укрепленной территории не наблюдалось. Исключение составлял входной портал, который еще на пару метров обгонял округлые зубцы фронтальной стены, и острый наконечник – купол в форме маковки, принадлежавший, вероятно, главному зданию комплекса. На противоположной стороне площадь обрамляла терраса с колоннами в том же стиле, что и сама крепость, но, предполагая иное назначение, была воссоздана в более изящных формах классической восточной архитектуры. Яну даже показалось, что эта конструкция появилась несколько позже, чем храмовый ансамбль.
Итак, группа собралась перед центральным порталом, по обе стороны от которого висели две таблички с указанием наименования объекта на азербайджанском и английском языках – «Храм Атешгях. Государственный историко-архитектурный заповедник Азербайджанской Республики».
День обещал быть ясным, солнце постепенно двигалось от восточного рубежа к своему небесному трону, место для которого располагалось в зените. Все вокруг казалось застывшим, словно было законсервировано в вакууме. Иногда этот вековой покой нарушался звуками прибывающих и отъезжающих машин или человеческой речью, но казалось, что вселенская пустота приглушала даже эти проявления жизни. Напротив массивные стены и колоннада должны были создавать эхо. Но нет… Звуковые волны происходили откуда-то снизу, рикошетили о твердые предметы, окружавшие площадь, и улетали в открытый космос, оставляя только метки на энергетическом контуре планеты. В этих местах единственным управителем всего было лишь время, которое никуда не двигалось, но жадно поглощало даже шелест сухого песка под ногами пришедших сюда. Воздух вокруг становился более душным.
Ян решил присоединиться к группе паломников, с которыми ехал. На входе в храмовый комплекс их встретила девушка. На вид ей было не больше тридцати лет. Внешность ее одновременно сочетала черты народов и востока, и запада: вьющиеся волосы, высокий лоб, подчеркивающие контур лица скулы, большие карие глаза, маленький женственный подбородок. Она была одета в светло-синюю легкую блузу и длинную свободную юбку. Маленькие аристократичные пальцы цепко, но элегантно придерживали папку с бумагами, где, по всей вероятности, содержалась вспомогательная информация для проведения экскурсий или график прибытия туристических групп.
Девушка подошла к организатору группы, перебросилась с ним парой негромких фраз, после чего улыбнулась, молча окинула взглядом гостей и начала двигаться внутрь. В этот момент паломники как по команде собрались в стройную колонну и, следуя за своим гидом, в порядке очередности исчезали в проеме входного портала. Такое поведение, как правило, характерно для жителей прежде всего стран южной, юго-восточной Азии и Китая, где устойчиво закрепились инстинкт следования за руководителем и принцип всепроникающего коллективного сознания, которое становится детерминантой для всех процессов жизнедеятельности общества. Если к этому приплюсовать историю мусульман Закавказья, то можно сказать, что таков дух Востока. Между прочим, схожими признаками советского гражданина был знаменит и Советский Союз. Но ведь это Хартленд: и Восток и Запад, и Европа и Азия. На самом деле весь мир так живет. Просто где-то в смесь общественного сознания добавляют на одну-две пипетки больше допустимой личной индивидуальности.
А пресловутая индивидуальность этих странников, облаченных по торжественному случаю в пестрые праздничные сари, белые и бежевые камизы, ярко-оранжевые и желтые мужские дастары, из-под которых вырастали смоляные, иногда с проседью бороды, выражалась исключительно в бережном отношении к своей культуре и историческому наследию этой небольшой в наши дни религиозной общины. На Западе такое редко встретишь сегодня. Женщин в паломнической группе было существенно меньше, чем мужчин, и Ян без затруднений пристроился замыкающим колонны. Особенного внимания его персона не вызвала.
Вся территория комплекса представляла собой просторную, свободную от построек площадь, в центре которой располагался алтарь, являвший собой главное сооружение в виде открытой каменной беседки с четырьмя входами по сторонам неизменно в восточном стиле, которые выглядели как традиционный овал, заканчивающийся сужением до острого наконечника сверху. Внутри алтаря на каменном постаменте в форме трапеции горел таинственный негасимый огонь. По обе стороны от сакрального чертога возвышалась еще пара круглых каменных оснований, оформлявших места выхода священного огня.
Экскурсовод разговаривала с группой на английском языке, что вполне устраивало Яна. Прогуливаясь по территории со своими подопечными, Вероника, как представилась она по имени, поведала им о том, что дом огня, как переводится слово «Атешгях», является местом, почитаемым зороастрийцами и религиозными общинами индусов и сикхов, также поклоняющихся огню. Из рассказа гости узнали о том, что культовое значение эти места приобрели еще во II–III веках нашей эры, но в эпоху исламизации Закавказья возведенный здесь храм огня был заброшен. Позднее через эти земли проходила часть Великого шелкового пути, и святилище снова приобрело значение центра притяжения огнепоклонников из Южной Азии. Атешгях посещали известные писатели и общественные деятели. Например, в середине XIX века в этих стенах побывал французский писатель Александр Дюма и самодержец всероссийский, император Александр III. Девушка рассказала об укладе, принятом в храме, обратила внимание гостей на монашеские кельи, размещенные по периметру внутренней части крепостной стены, где жили и умирали его обитатели. Усопших братьев, а также паломников, смерть которых случалась в стенах Атешгях, предавали огню в специальной яме, оборудованной неподалеку от алтаря. В наши дни этот старинный крематорий был запечатан камнями.
Поскольку экскурсия проводилась для группы, прибывшей в Азербайджан с религиозными мотивами, Вероника на всякий случай и вскользь только в конце упомянула о природе негасимого огня. Она коротко пояснила, что местные земли богаты углеводородами, а эффект негасимого огня обеспечивается выходом природного газа на поверхность. Эта природная особенность веками использовалась проповедниками различных религий на Кавказе и в государствах Южной Азии, на Святой земле и на всем Ближнем Востоке для создания эффекта сакральности и таинства веры, подтверждая земное проявление величия и могущества богов, которым велось поклонение.
Вероника как профессиональный гид старалась не акцентировать на этом внимание в присутствии религиозно ориентированной публики, относящейся к культу огня с особенным трепетом, поскольку понимала, что веру у человека забирать нельзя. Ее важно стимулировать и сегодня, даже в условиях неизбежности научно-технического прогресса. Пока мы верим в то, что миром управляют не просто законы физики и химии, пока мы продолжаем чувствовать и не стремимся превратиться в армию роботизированных машин, в нашем бытии есть нечто неразгаданное, что подтверждает существование высших, таинственных сил. Только так мы сможем поддерживать в себе огонь веры во все хорошее и доброе, в то, что нас объединяет с другими людьми, с другими обществами, сможем продолжать искать чудо, без которого человеческая жизнь потеряет смысл. Веруя, люди сохраняют моральные ориентиры в качестве гарантии равновесия общественной системы. Наука и религия всегда жили бок о бок. И сегодня они не должны переходить друг другу дорогу. Мне можно возразить. А как же эксперименты по созданию атеистических обществ, государств? Согласен. История знает такие примеры. Но, позвольте, разве люди не продолжали верить в вождя революции, похороненного в мавзолее на Красной площади, например? Происходила подмена понятий, переустройство системы нравственных ориентиров и объекта поклонения. В душе и сердце у людей не должно оставаться пустот, которые неизбежно будут заполнены. Чтобы не потерять контакт с обществом, если вы забираете или разрушаете какие-либо принятые им ценности, идеалы, предоставьте ему эквивалентную замену. Человек должен верить. Пока мы верим, мы не потеряем себя, не утратим мир с самим собой и единство с подобными нам.
Экскурсия подошла к концу. Гид предложила задавать вопросы. Ян не услышал подробностей о духовных практиках, интересовавших его в первую очередь, и на чистом русском языке решился попросить разъяснений по этому поводу:
– У меня есть вопрос, – совершенно не по-английски выразил свое желание Ян, призвав к себе интерес участников группы и, важнее всего, экскурсовода, после чего продолжил также по-русски: – Вы упоминали, что в храме проводились различные зороастрийские обряды. А подробнее на этом можно остановиться?
Не поняв ничего, вся группа вернулась к внутреннему обсуждению и потеряла интерес к Яну уже после первой фразы. Экскурсовод оказалась озадачена в большей степени, поскольку паломники, как правило, знакомы с практиками своего культа, а у остальных туристов обычно потребность в таких подробностях отсутствовала. Но Ян никогда не укладывался в стандартные логические цепочки. Девушка улыбнулась и на том же чистом русском языке ответила ему:
– Знаете, этот вопрос не входит в экскурсионную программу. И потом, я думаю, большая часть группы осведомлена о таких тонкостях. Сейчас будет свободное время для того, чтобы наши гости могли осмотреть территорию самостоятельно, после чего всех повезут в природный заповедник Янардаг. У меня сегодня больше не будет экскурсий. Если вам удобно, сможем пообщаться по этому вопросу отдельно. Пока они гуляют, я думаю, успеем, – гостеприимно предложила Вероника.
Молчаливой улыбкой Ян выразил свое согласие с предложенным сценарием. Девушка улыбнулась в ответ. Уже на английском языке она пригласила иностранцев прогуляться по храму и без спешки рассмотреть понравившиеся объекты. С удовольствием и чувством всецелой благодарности за работу экскурсовода паломники небольшими группами по два-три человека распределились по территории музея. Ян, который стоял в последних рядах как замыкающий, начал не спеша двигаться в направлении экскурсовода. В свою очередь, Вероника энергично проследовала к озадачившему ее субъекту для ответа на возникшие вопросы.
– У нас есть полчаса, – поставила она в известность гостя по отведенному времени и уточнила предмет общения: – Вас интересуют духовные практики зороастрийцев?
– Понимаете, какая штука. У меня целый год продолжается сложный период в жизни. Я потерял близкого человека, – после этой фразы Ян сделал небольшую паузу, чтобы подумать, но решил не вдаваться в детали всей истории и закончил коротким выводом: – Я считаю, что ее не стало по моей вине, – он опустил глаза, вспомнил Ангелину и, вернувшись к беседе, пояснил свои ожидания от искомых религиозных практик: – Я уже не один месяц пытаюсь отпустить эту ситуацию. Друзья мне говорили, что я не прав и моей вины в происшедшем на самом деле нет, в жизни бывает по-всякому. Но я чувствую до сих пор, что несу ответственность за это. А может быть, и правы мои товарищи. В общем, без подробностей. Я запутался и не знаю, как выбраться из этого всего. Я перестал стремиться к чему-либо… Перестал чувствовать жизнь… Я потерял ее, а в ней, наверное, утратил самого себя.
– А психолог? – полюбопытствовала девушка.
– Психолог, священник с исповедью – мне не помощники в этом. Вопрос деликатный, как и многое теперь в моей жизни, и найти путь очищения я могу только сам. Изучив для себя эту тему, я все-таки пришел к выводу, что лучшим решением могут стать древние знания и обряды. Прошли тысячелетия, и все равно ведь люди к ним обращаются, – своей настойчивостью Ян вызвал неподдельный интерес у Вероники. Он, словно разыгрывая шахматную партию, сделал первый ход, классически выдвинув королевскую пешку по маршруту «е2 – е4».
«Ладно. Значит, поиграем. в шахматы.» – подумала девушка и симметрично ответила своей пешкой на «е5»:
– Почему вы выбрали для себя именно зороастризм?
– Я недавно был в командировке в Афганистане и, скажем так, столкнулся с информацией о том, что именно там этот культ и появился. Очень древний из доступных мне, учитывая географический и культурный факторы. Я слышал о гонениях на огнепоклонников в период исламизации, о том, что сторонники этой веры фактически ушли в труднодоступные для остальных людей горные районы. А это для меня показатель… Показатель того, что зороастризм, сохраняя себе место под солнцем, продолжает иметь смысл пусть для небольшой группы людей и сегодня, а значит, может конкурировать с христианством и исламом, – своим объяснением Ян разыграл дебют королевского коня, и теперь авангардная пешка противника была под боем.
– Как вас зовут? – с развившимся интересом спросила Вероника.
– Ян, – мужчина был краток.
– Познакомимся теперь поближе. Меня – Вероника, – приветливо улыбнувшись, еще раз представилась девушка. – Понимаете, Ян, вы сейчас транслировали несколько упрощенную точку зрения. Все гораздо сложнее. Перед нами матрешка, которую собирали фигурка за фигуркой тысячелетия, и зороастризм – это не самая маленькая из тех, что внутри. Еще в древности религию превратили в политику, узурпировали для обоснования своей власти над людьми, верующими в бога. Из-за веры велись войны еще задолго до крестовых походов. Политеизм, монотеизм являются всего лишь внешней оболочкой, узором всех этих фигурок. Вы, наверное, очень удивитесь, но я выросла в семье, где авестийское учение17, иначе говоря, зороастризм, почитается как единственная возможная вера, оставленная нам в наследие предками. Моя семья и я – последователи пророка Заратустры, – ферзевая черная пешка поддержала королевскую ходом на «¿6». Раскрыв эту личную тайну, девушка замолчала, ожидая реакции собеседника, судя по которой уже можно было сделать вывод о том, в каком русле продолжать разговор.
Такого открытия в этот день Ян совершенно не ожидал. Он представлял себе огнепоклонников иначе: в большей степени ортодоксальными, консервативными, возможно даже, в более зрелом возрасте. Собственно, это был образ, который он нарисовал в своем сознании, глядя на членов паломнической группы. Однако юная девушка, рассуждающая вполне логичными категориями, хорошо образованная, и вдруг… зороастриец. В сознании Яна возникло некоторое противоречие, выражавшееся в несоответствии визуально воспринимаемого и услышанного. Этот внутренний конфликт требовал немедленного разрешения.
– Но вы. Но это же. Но как?… – удивленно, протестуя всем своим естеством, восклицал Ян, который в одностороннем порядке отложил инициированную партию.
– А что удивительного? – немного испугавшись полученной наконец реакции собеседника, чувствуя себя доисторическим артефактом, Вероника попыталась снять психологический дискомфорт, проявившийся во всех, прямо сказать, возможных состояниях. – Смотрите, вы кто по вероисповеданию? Простите за прямой вопрос.
– Крещен как православный, но по факту. не знаю уже. – ответил Ян с видом человека, повстречавшего инопланетянина.
– Очень хорошо, – загадочно улыбнулась Вероника и продолжила небольшую лекцию. – Зороастрийцы, зороастрийцы… По всем канонам представителя этой конфессии называют обычно маздаясна от имени бога Ахура Мазда. Маздаясна – тот, кто почитает бога Ахура Мазду. Или от имени пророка Спитама-Заратустры – Заратустри как последователь Заратустры. Мой покойный отец был парсом из индийского города Бомбея. Мама азербайджанка. Училась в университете в Москве, где они и познакомились. Отец приехал изучать медицину в Советский Союз. В восьмидесятом году перед защитой дипломов они поженились, а через год родилась я, но уже в Баку. Отец так и не смог увезти маму в Индию, хотя очень этого желал. Она не хотела. Чужая земля. А в Азербайджане тогда еще родители ее были живы. Вообще дом тут. Оказалось, что отец сильнее любил свою жену, чем Индию. В итоге она увезла его в Баку. Между парсами и азербайджанцами, если честно, немного внешних отличий. Общее сходство сильное, одна этническая группа. Так что адаптировался.
– Может, вы имеете в виду персов? – переспросил Ян, как обычно перебивая всех и вся, пытаясь показать высокий уровень своего интеллекта.
Девушка тактично улыбнулась и продолжила:
– Не совсем. Персы составляют основную часть населения Ирана. Но они там не единственные. Если мне не изменяет память – больше половины населения страны, но все же. В старые времена этот народ населял и территорию Азербайджана. В середине I тысячелетия Персия продолжала расширять свои границы за счет масштабных походов и вела повсеместную исламизацию населения на захваченных территориях. Парсы – немного другое. Тоже иранский народ. Однако они как раз являлись носителями древней культуры и веры зороастризма. Во время насильственной исламизации парсы перебрались сначала на окраину империи, а позже в западную Индию, где проживали различные народы, исповедовавшие часто похожие с авестийским учения. Парсы не являлись коренным населением на новом месте, а их численность была сравнительно незначительной. Поэтому веками они держались общиной. В парсийской среде было много талантливых и известных людей востока: политики, промышленники, финансисты. Весь мир знаком с творчеством нашего соотечественника, британского исполнителя Фредди Меркьюри.
– Фредди. Я знал, что он был зороастрийцем и родился где-то в восточных колониях Великобритании, – снова перебил девушку Ян, пытаясь поддержать тему разговора.
Вероника тактично и снисходительно улыбнулась. Ей нравился азарт и сопутствующие искры, которые исходили от собеседника, сменившего свое непонимание на интерес. Ей было легче.